5
0
– Тамара… – убитым голосом, – в реанимации.
– А что произошло?
– Гололёд… Затылком о бетонный бордюр… не приходит в себя.
– Ооо… В какой она больнице?
– Краевой.
– Я перезвоню Вам.
Вылетаю, спускаюсь быстро до фотолаборатории. Аронов должен быть там. Но он выходит из фото-павильона. Мы сталкиваемся. Перехватывает за талию. Следом за ним выходит компания Лоры и Кати, человек пять.
– Ходи спокойно. Что ты бегаешь?
– Так быстрее.
– Навернёшься на своих каблуках. Отшибёшь ещё что-нибудь, кроме ВТУ. Где Тома? – недовольно.
– Олег, Тома в реанимации, упала, затылком об бетон. Не приходит в себя.
Молча слушает.
– Понял.
– Что мне делать?
– Олег, а можно я вместо неё поеду? – влезает Катя.
– А почему ты? Вторая кандидатура была моя! – ещё одна девочка.
– Олег, кто теперь поедет?!
Начинаются спор и перебранка.
Мои брови возмущённо взлетают вверх. А ведь они общаются с Томой!
Челюсти Аронова сжимаются.
– Олег, давай денег соберём? – снижаю я голос.
– Не надо собирать ничего, – девчонки замолкают, поворачивая головы на него. – У меня в столе конверт с деньгами на её поездку. Отвези родителям.
– Так кто едет, Олег?
Он пренебрежительно морщится.
– Что это? – смотрит он мне в глаза.
– Это и есть истинная социопатия, – пожимаю я плечами. – Неспособность устанавливать глубокие эмоциональные связи. Даже имитировать их. Примитивная социопатия. На фоне недоразвития интеллекта и психики. Как у имбецилов. Куры.
– Наверное.
– Олег! Ну кто едет?"
"Они даже не догоняют, что мы разговариваем о них.
– А ты-то что волнуешься? У тебя даже визы нет!!
– А тебе откуда знать?!
Продолжаются перебранки.
– Все свободны! – переводит он на них взгляд.
– Ну Олег!
– Свободны, я сказал.
Разворачивается, уходит.
– Чо к чему?…
– Мы-то тут причём?..
Иду за ним. Слышу вслед:
– Ну понятно, кого отправит!
– Да, конечно…
– Ну а как вы хотели?! Такие вещи надо отрабатывать!
Куры!!
Захожу к нему. Курит на своем кресле у приоткрытого окна.
– Сними эти чёртовы каблуки, Женя. Гололёд. Надень берцы.
Киваю. Сажусь к нему на колени, закапываясь пальцами в волосы, и прячу его лицо у себя на шее. Вдыхаю поглубже.
– Женечка… – шепчет он. – Береги себя.
– И ты, – заглядываю в его глаза. – Береги себя. Ты для меня очень ценен. Так, как никто другой.
– А мне показалось, ты сравнила меня с толпой туристов.
– Нет. Я сравнила тебя, стоящего в этой толпе, и тебя, зашедшего в глубину.
– Женя, – перехватывает моё лицо, внимательнее вглядываясь в глаза. – Ты пугающе глубока. Не уверен, что смогу выплыть.
Делаю затяжку из его пальцев. Дым клубится и развеивается порывом холодного воздуха.
– Какой кайф тонуть в лужах? Зачем тонуть, если цель – выплыть? Уж если и решаться, то погружаться в океан. Без оглядки. Я смогу стать для тебя океаном. Я это в себе найду для тебя.
