5
0
Он курит, а я просто вдыхаю его запах на шее. Он такой глубокий… надёжный… отрезающий от реальности… Всё будет хорошо…
Заглядывает в мои глаза, выкидывая сигарету.
И то, что между нами, начинает меняться. Из полной эйфории я начинаю погружаться во что-то ещё более глубокое, переполняющее и очень болезненное…
Не надо…
Но уже поздно! Я задерживаю дыхание.
– Женечка… – его глаза медленно моргают, и губы вздрагивают, отыскивая слова.
Да, они простые. Но я уверена, что совершенно новые для него.
– Женечка… я… тебя… очень...
Не выдержав, закрываю его рот ладонью.
– До завтра... – шепчу ему. – До завтра…
Целую его губы через свою руку, мне страшно убирать её.
Если он скажет это, боюсь, что меня порвет от этих невыносимых, болючих чувств.
А я не хочу…
Прости меня. Я не хочу разделять это. Прости…
И я сбегаю.
Мне страшно.
Ничего уже не остановить. Таких иллюзий у меня нет. Всё будет продолжаться в заданной логике. И я не знаю, как переносить это всё. Как сделать так, чтобы он не чувствовал этого? Пусть лучше то, что было в машине, или ещё что-то другое. Я готова провоцировать его ежедневно! Лишь бы только его не сносило в эту болезненную и невыносимую для меня… любовь.
Глава 51 - Демонстративно
Протусовавшись по клубам в компании Весёлого Ангела и Немца, я созрела ехать домой только к шести. Но так как последний клубешник, в котором мы зависли, был в десяти минутах езды от общаги, а в шесть она уже открыта, то мы решили завалиться к ним.
Хохоча и шикая друг на друга, кое-как добрались до их комнаты. Нахально вытащив из шкафа первую попавшуюся футболку, я переодеваюсь в темноте и ныряю опять к своему Грустному Ангелу. Тёплый…
Я всегда сплю либо на своей кровати у Танюшки, либо с ним. Он никогда не наглеет и просто обнимает меня. К тому же, через полчаса ему вставать. А мы все как раз выспимся немного.
Привычно обнимая меня, он, не просыпаясь, немного меняет позу.
– Женька, – игриво шепчет Боречка. – Иди ко мне спать? Холодно, пиздец просто!
– Неа… никаких деток в моей кроватке!"
"– Но с Русей же ты спишь?
– Это – другое. Тела тут ни при чём.
– Какое ещё другое?!
– Ревников. Отъебись от неё.
Мой ревнивый Немец!
– Быстро все спать… – сонно и немного пьяно шепчу я. – Разбудите моего Ангела Грустного…
Тот притягивает меня ближе, и я вырубаюсь. Через несколько часов на работу...
– Ожников, – перешагиваю через разложенный на стульях и полу огромный баннер, протискиваясь ближе к стене. – Тебе чего, своего бардака мало? Почему баннер у тебя?
– Да сам в шоке! Прихожу – он тут. Тебя Олег искал.
– Мхм… – надо забежать, отмечаю я себе.
Он звонил вчера вечером, но мой телефон бы разряжен, и я не успела ответить.
