5
0– Слушай, нам на рекламу нужно новое лицо. Вот что-то такое – молодой и борзый! Он как?
– Красавчик! – киваю я. – Я уговорю его на пробный фотосет.
Мурлыкнув, Крис касается моих губ своими, спаивая очередную маленькую порцию ликёра.
– Ещё! – требует она. – Кто четвёртый?
– Немец… – закусываю губу, мечтательно улыбаясь. – Он особенный.
Олег снова открывает глаза и, прищурившись, смотрит на меня.
Целую его в губы, и глажу пальцами его лоб, разглаживая задумчивую морщинку. Слегка толкаю обратно, заставляя опять расслабиться. Подчиняется.
– Почему «Немец»?
– С детства жил в Германии – родители военные. Он старше… и по годам, и в принципе. Вернулся сюда в четырнадцать и пришлось экстренно учиться жить заново. Поэтому уже жёсткий, властный, знает, чего хочет. Оригинальный, сексуальный, эрудированный, уверенный в себе, не зацикленный на мнении окружающих.
Олег сжимает моё бедро сильнее.
– Ай! - шиплю я, но позволяю ему выражать эмоции так, как он хочет, продолжая рассказывать про котят: - Немец - няшечка. Если выбить из него ванильную дурь и чувство ревности, лет через десять сможет конкурировать с Ароновым!
Я дразню, да. Аронов ведется! Распахивает свои синие глаза.
– Ревнуешь? – поднимает Крис в удивлении бровь.
Он переводит на меня вопросительный взгляд.
– Есть смысл?
– А что, у чувства ревности в принципе есть смысл?
Крис спаивает мне ещё немного Шеридана из своих губ. Моя голова слегка кружится, я чувствую возбуждение и лёгкое опьянение.
– Что такое ревность? – забрав бокал у Крис, Олег делает глоток побольше. – Мы должны договориться о содержании понятия, чтобы говорить на одном языке.
Все втроём зависаем.
Это незнакомое чувство для меня, и я знаю его только по своим эмпатическим ощущениям от мужчин, женщин... Как передать ощущение? Никак...
Но Крис спасает:"
"– Досада, злость, раздражение… чувство обделённости… несправедливости… из-за нехватки внимания от человека, к которому ты неравнодушен. Когда кто-то другой получает это внимание вместо тебя. Ты чувствуешь это?
– Сейчас – нет, – отрицательно качает он головой. – Тогда, получается, не ревную. Уж чего-чего, а внимания мне в последнее время хватает.
– А что тогда? – продолжает пытать его Крис.
– Желание забрать контроль. Жадность! – добавляет с усмешкой. – Это как желание владеть эксклюзивом. Но ещё острее – чувство некой опасности… возможной потери… Приводит в тонус!
– Никаких потерь, – шепчу я, целуя в шею и вдыхая его запах. – Я тебя никуда уже не отпущу, Зверь мой. Я же ""пропасть""!
Слышу, как он тихо, удовлетворённо рычит и снова возвращается в свою расслабленную негу.
– Так что там с котятами? – улыбается мне Крис, поглядывая на Олега.
– Котята, конечно, забавные…. – улыбаюсь ей в ответ.
