Извращенная Преданность

Это была единственная причина, по которой он позволил мне и маме остаться с ним. Но у меня было мало денег. Я отдала почти все свои сбережения матери, чтобы она могла выплатить часть долга Каморре. И все равно этого было недостаточно, поэтому она снова вышла на улицу и продавала свое тело.

Я открыла дверь. Папа был смертельно бледен, на лбу выступил пот.

— Что случилось? — спросила я, хотя у меня было дурное предчувствие, что я знаю. Всегда было одно и то же.

— У меня неприятности, Леона.

— У тебя всегда так, — сказала я, потянувшись за рюкзаком, но папа схватил меня за руку.

— Леона, пожалуйста. Они убьют меня. Он сделает это.

Я замерла.

— Зачем им это делать?

— Я слишком многим обязан. Я не могу им заплатить. Я покойник, если ты мне не поможешь, Лео, пожалуйста.

Лео. Этим именем он называл меня, когда я была маленькой девочкой, когда он еще был порядочным отцом.

Это не твое дело. Так сказал мне Фабиано, и после последних дней, когда отец обращался с матерью как с дерьмом, я хотела согласиться с ним.

— Сколько ты им должен?

— Понятия не имею. Возможно, две тысячи. Я не знаю! Я потерял счет.

Как он мог потерять счет своим долгам? Я на мгновение закрыла глаза.

На оставшиеся деньги я должна была поступить в колледж, купить себе будущее, но отец опять все испортил.

Я повернулась, достала деньги из тайника под ковром и протянула их отцу. Он не взял их.

— Я не могу принести им деньги. Они убьют меня прежде, чем я успею их отдать. Леона, ты должна пойти вместо меня.

Я могу пойти к Фабиано и отдать ему деньги. Конечно, он не возьмет. Он с радостью убил бы моего отца. Он уже сделал для меня достаточно.

— Куда мне их отнести?

— Это Сахарница. Где Фальконе и его охранники проводят большую часть дней.

— он дал мне адрес и схватил за руку. — Ты должна поторопиться. Возможно, они уже послали кого-то за мной.

Я схватила рюкзак и направилась туда, куда сказал мне отец. Я бы не только отдала свои с трудом заработанные деньги за него. Из-за этого я опоздаю на работу. Если Роджер вышвырнет меня, я буду обречена. Я сомневалась, что скоро найду работу на Стрипе или где-нибудь еще. Я знала, что нам понадобится каждый цент, который я заработала с мамой и папой в Вегасе.

Когда красно-желтая неоновая вывеска Сахарницы попалась мне на глаза, я остановилась.

Слово застряло между двумя раздвинутыми ногами на высоких каблуках. Окна были затемнены, так что заглянуть внутрь было невозможно. Я знала, что это за место, и никогда не хотела туда заходить.

Там был огроменный, темнокожий человек, охранявших дверь. Я медленно приблизилась к нему. Он не сдвинулся с места.

— Я пришла к Римо Фальконе.

Не успела я договорить, как поняла, насколько глупо это прозвучало. Римо Фальконе был Капо Каморры. Он владел всем, что имело значение, если верить Фабиано.