Измена. Ты меня никогда не любил (СИ)

Здесь наверняка хорошие врачи, но клиника ближе к дому, да и в частной все же условия получше.

— Ладно, — киваю.

— Ты не будешь сопротивляться? — Рома выгибает бровь.

— Ты прожил со мной три года, но так и не понял, что я не дура?

— Я не об этом, — спешит остановить меня.

— Я не собираюсь отказываться от благ, тем более когда на кону стоит жизнь моего ребенка!

Рома открывает рот. Закрывает его. С шумом вбирает в легкие воздух.

— И еще. Я хочу, чтобы после выписки из больницы ты переехала ко мне.

— Нет.

— Мы поговорим… — злится.

— Нет. У меня квартира и Базилио.

— Заберем твоего Базилио с собой.

— Нет. После выписки я планирую вернуться на работу. В свою новую жизнь. С Базилио и вечно выключающимся светом.

— Мы обсудим это, — я вижу, как глаза Волкова наливаются кровью.

— Уже обсудили.

— Мне не нравится, что ты не считаешься с моим мнением. Это и мой ребенок тоже.

— А мне не нравится, как ты решаешь что-то за мой спиной.

Крылья носа Романа двигаются. Вот так, дорогой. Впитывай.

Волков прочищает горло.

— Сейчас мне нужно будет уехать. Я вернусь вечером. Твоя сумка у меня, я привезу тебе вещи из твоей квартиры. Напиши мне сообщение, что нужно захватить, — кладет мой телефон на тумбочку. — Также я подготовлю все документы, чтобы уже завтра тебя перевели в нашу клинику.

— Спасибо.

Рома отпускает мою руку и встает, направляется к двери. Кладет ладонь на ручку и оборачивается:

— Я люблю тебя. Помни это каждый раз, когда захочешь поставить под сомнение сей факт.

Быстро уходит, а я сцепляю зубы и отворачиваюсь к стене.

Было бы неплохо, если бы Рома подробно объяснил мне, как начать ему верить.

Глава 42. Жалость

Аделия

Удивительно, но время в больнице идет совершенно по-другому. И вроде ты не занят ничем, но день проходит поразительно быстро. Ночью я плохо сплю. У меня болит голова и ноет шов на лице. Я из-за него не могу спать на левом боку. Катетер в руке тоже мешает. А еще мешает вереница мыслей, которая проносится в голове.

Честно признаться, я вообще не понимаю, что делать. Очевидно, что Рома не отстанет и продолжит свою старую песню про любовь и доверие. Ее ноты затерты до дыр и заслушаны до мигрени, вызывает это все сейчас только одно — отторжение.

На следующее утро Рома сообщает, что документы на перевод готовы и осталось дождаться машину. Черт, как будто я смертельно больная и перевозить меня можно только в карете скорой помощи.

— Зачем это нужно? — хмурюсь я. — Наверняка скорая может понадобиться кому-то другому.

— Я делаю то, что рекомендуют врачи, — спокойно отвечает бывший муж. — Если они говорят: «Нужна скорая», значит, я организую ее.

Рома выглядит немногим лучше, чем вчера. Интересно, он вообще спал? Мешки и темные круги до сих пор под глазами, вид у него уставший. Разве что сменил одежду на свежую.