4
0Босс со стоном откидывается на кресле и трет глаза.
— Жизнь дерьмовая со мной случилась. И женщина, которая подорвала все мое спокойствие, — бормочет. — Помочь можешь? Вызови мне такси, Аделия, поеду я.
Тянусь к телефону. Машина приезжает практически сразу. Босса ведет, но он старается держаться. Черт, да что же с ним такое происходит? На вечере все было в порядке… хотя…
После того, как я сбежала с вечеринки, мы не говорили в Никитой. Возможно, виновница его состояния та самая Инга? Очевидно же, что они знакомы.
С горем пополам выпроваживаю босса. Надо бы зайти к нему сегодня и проведать.
В обед заставляю себя спуститься в кафе напротив. Аппетита нет, но теперь я должна нормально питаться. Решаю перекусить легким салатом.
В кафе сажусь за пустой столик, делаю заказ и жду, когда мне его принесут. Мечтательно разглядываю улицу через панорамное окно. Через год у меня уже родится маленький, и я буду гулять с ним по улицам, встретим вместе первую весну в его жизни.
С трудом удерживаю себя, чтобы не наглаживать еще не округлившийся живот.
— Делечка, здравствуй!
— Виктория Сергеевна? — поднимаюсь и удивленно смотрю на маму Ромы. — Здравствуйте.
Нервно улыбаюсь. Я гладила живот? Нет? Женщины очень тонко подмечают такие детали. А женщины, которые мечтают о внуках, вдвойне. Надеюсь, я ничем себя не выдала.
— Я присяду? — спрашивает она, и я киваю, сама возвращаюсь на место."
"Мама Ромы — замечательная женщина, мне всегда нравилась ее компания. Я завидую ее сыновьям. У Волковых очень хорошая и дружная семья. Жаль, моя не такая.
— Ты как тростинка стала, Делечка. Совсем исхудала! — причитает. — Работаешь — это похвально, но о здоровье не забывай, дочка.
Натянуто улыбаюсь:
— Все в порядке, правда. Просто на нервах немного сбросила.
Официант приносит нам блюда, и мы начинаем обедать.
— Как у вас дела? — спрашиваю ее с интересом.
— Да что мы, — отмахивается.— У нас все по-старому. Вот забегала к Диме на работу. Сердце только за остальных детей болит.
— Дети ваши взрослые, — улыбаюсь, понимая, куда она клонит.
— Дети — всегда дети, — дарит мне ответную улыбку. — Будут свои, поймешь меня.
Внутри будто канаты обрываются, я чувствую, как мое лицо идет рябью.
— Ты заходи в гости, Делечка, — говорит мягко. — Ромка дурак, пусть сам расхлебывает то, что заварил. Но ты была нашей семьей, ею и остаешься.
— Я постараюсь.
Как по заказу, как раз в этот момент я чувствую, как подкатывает к горлу съеденный обед.
— Простите, — говорю и срываюсь пулей в туалет.
Выворачивает меня там коротко, но ощутимо. Хоть бы Виктория Сергеевна ничего не поняла.
Выхожу из кабинки. Мама Ромы у зеркала моет руки.
— Знаешь, меня тут недавно угостили клюквой, — улыбается лукаво. — Ты же в квартире бабушки живешь? Завезу тебе вечером.
