4
0Моргаю быстро-быстро глазами, чтобы отогнать затаившиеся в уголках слезы. Пытаюсь сглотнуть подступивший к горлу ком. Могу лишь слабо кивнуть.
– Вот и отлично! Пошли, - мрачно приказывает, разворачивается все еще придерживая раненую руку и идет в сторону выхода. У самой двери небрежно бросает через плечо. - Я записал это на твой счет.
Отрицательно киваю головой, все еще пребывая в шоке. На мой счет? У меня открыт долговой счет?!
Неужели, он не переломит мою хрупкую шею за то, что разнесла его дом и чуть его не убила?
Инстинктивно ощупываю руками шею, ярко представляю как агрессивный бандит набрасывается на меня и душит, лишая жизни. Ему даже не нужно прилагать усилий: пуф, и я мертва.
На негнущихся ногах заставляю себя делать шаг за шагом, вслед за Владимиром.
Владимир ждет когда я выйду, пропуская меня вперед. Благоразумно с его стороны, не спускать с меня глаз. Медленно иду словно завороженная, все еще пытаясь осознать происходящее. Со мной что-то явно не так. Нужно собраться.
Я могла бы его убить! Лишить человека жизни! Боже, меня бы посадили в тюрьму как убийцу. Всю оставшуюся жизнь мне бы пришлось есть кашу с сухарями. А мама бы лишь воскликнула: “Я всехда знала, что из тебя ничаво путного не выйдет!” . Делить помещение полтора на полтора метра с другими женщинами убийцами. С моим то телосложением, наверняка, унижали бы и избивали ежедневно. Ужас в моих глазах постепенно нарастал.
А Дима… Боже мой! Я как раз спускалась по лестнице, когда меня осенило. Даже не думала о том, что он мне сказал. Я видела штамп в паспорте, мы теперь женаты! Не может же он обманывать меня.
Останавливаюсь. Плечи начинает трясти, смотрю вперед. Владимир за спиной тоже остановился. И тут меня пробирает до слез.
– Ну все, кажется, умом тронулась. - тихо шепчет себе под нос хозяин дома.
А я не могу остановится. Слезы катятся из глаз. Держусь за перила так крепко, как только могу.
– Я, я… - не могу говорить, лишь трясусь и тихо реву.
Владимир делает несколько шагов и выравнивается со мной. Осторожно здоровой рукой поддерживает меня и мы спускаемся.
Он что-то тихо говорит пока мы идем на кухню, а я не могу остановится. Не могу разобрать его слов. Ничего не вижу, так как слезы закрывают обзор.
Владимир аккуратно плавно и медленно усаживает меня на стул.
– Ты вчера очень сильно ударилась головой, да? - присаживается на колени и внимательно заглядывает в мое заплаканное лицо, которое я прячу под волосами.
– Я, я не хотела. - только и могу вымолвить, когда приступ истерики начинает проходить.
Не могу поверить, что это он меня утешает, а не наоборот.
– Я бы не стал тебя просить, будь Елена Петровна еще здесь. - Владимир кивает мне на небольшую железную баночку серого цвета на столе рядом, подготовленную им перед тем, как мы присели.
