2
0
Пытаюсь вытянуть свою ладонь из его потных ручонок, но он вцепился как клещ, да его и поглаживать начал. И глаза стали такие масленые, как у кота готового подобраться к крынке со сметаной.
По-моему, он всерьез решил меня выебать. Правильно. В любой непонятной ситуации вдуй жене, чтобы лишний раз не ворчала и мозги не выносила. Он всегда такой тактики придерживался.
Такая наглость просто обескураживает. Я словно зачарованная, наблюдаю за тем, как склоняется все ближе и ближе ко мне. Его взгляд не отрывается от моих губ, ладони скользят по моим плечам…
Да фууу блин. Я беру кружку и, глядя мужу прямо в глаза, медленно выливаю остатки чая ему на башку.
— Сдурела?! — он отшатывается и неуклюже падает с табуретки на пол.
— Скажи спасибо, что не горячий, — философски замечаю я и иду к чайнику за новой порцией.
— Я не понимаю, что тебе не так! — рычит он, — я пришел, а ты тут устроила шоу!
Все, надо его добивать. Пускать в ход тяжелую артиллерию и выводить этого гада на чистую воду. И поскольку, на самом деле у меня ничего нет кроме своей интуиции, которой я полностью доверяю, и косвенных признаков измены, я решаю блефовать.
Уже плевать. Я настроена разворотить это гнездо до самого основания. Терять мне нечего.
— Ты плохо выбираешь себе любовниц.
— Нет у меня никаких любовниц!
— Да? — хмыкаю, — а вот цаца твоя сказала совсем другое…
— Какая на хрен цаца? — на последнем слове дал петуха. Разволновался бедняга.
Вспоминаю, как однажды нашла на его пиджаке длинный светлый волос, и продолжаю добавлять деталей.
— Блондиночка, с которой ты провел день Святого Валентина.
— Я был на работе.
— Да-да. По фоткам я так и поняла.
— Каким еще нахрен фоткам?"
"— Ну как же. Кровать. Вино. Лепестки роз, — описываю свою собственную подготовку к празднику, и очень надеюсь, что у его бабенки фантазии хватило ровно настолько же.
И да! В точку! Потом что глаза у муженька начинают бегать, а кадык как-то уж совсем нервно дергаться.
— Она у тебя миленькая, — руками рисую в воздухе мнимые перегибы его подруги, — Одобряю… И ты такой счастливый на фотографиях.
— Оль, — он уже сипит. Отступает на полшага, зарываясь пятерней в свои волосы, — блин…Оль.
Поверил бедолага.
Мне больно. Но я прусь от этой боли. Наматываю ее на кулак, упиваясь каждой секундой. Потом, наверное, будет отходняк, и может я даже всплакну, но сейчас мне хочется крови.
— Кстати, ты в курсе, что она беременная?
Он аж дергается, вскидывает на меня перепуганный взгляд, выдавая себя с головой.
