7
0А она меня повалила…
– Но где голова, Гольдберг?! – начал сердиться Джим, потрясая дохлой змеей.
– Су… судя по всему, сэр… Я ее – ик! – проглотил…
Перестав наконец икать, Гольдберг шмыгнул носом, он боялся последствий.
– Но ведь она очень большая, как ты сумел?
– Не знаю. Само получилось, и горло теперь болит – глотать больно.
22
После такого происшествия дальнейшее обучение не имело смысла. Гольдберг то и дело останавливался и, осторожно прикасаясь к животу, делал страшные глаза. Его автомат тащил Блохин, Джим шел впереди и, когда «раненый» останавливался, озабоченно на него поглядывал. Они тихонько переговаривались с Тони и качали головами, в конце концов Джим связался по рации с базой и через диспетчера переключился на Дока.
– Что такое, Джим?
– Проблема, Док, стажер проглотил змеиную голову…
На том конце воцарилась тишина.
– Что он проглотил? – переспросил медик.
– Голову красной змеи.
– Взрослой?
– Да, полтора метра длиной, толщиной в руку.
– Как же он не подавился?
– Не подавился, но икает. Это не опасно?
– Не думаю, возможно, немного повредил пищевод, когда глотал… А зачем он это сделал?
Джим вздохнул.
– Хотел, чтобы его змеи боялись.
– Это ему Краузе, что ли, показывал свои фокусы?
– Краузе не успел – мне пришлось…
– Понятно.
– Так что с ним делать, Док, он через каждые десять метров живот щупает и икает.
– Паек при вас?
– Да.
– Пусть съест весь шоколад, который имеется.
– И что?
– Должно помочь.
– Ладно, – кивнул Джим и отключил связь.
– Что он сказал? – спросил Тони.
– Сказал, чтобы мы весь шоколад из пайков отдали Гольдбергу, тогда он перестанет икать.
Шоколад собрали быстро, пострадавший не возражал. Он с удовольствием съел все четыре плитки и облегченно вздохнул.
– Ну что, вояка, отдышался?
– Да, горло уже не так болит, – признался Гольдберг.
– Тогда пошли дальше, – сказал Джим. – Дойдем до ближайшего лежбища зурабов, чтобы вы собственными глазами увидели, что это такое.
Джим повел стажеров на то место, где год назад встретил прекрасную дикарку. Несмотря на то, что он гнал от себя эти воспоминания, всякий раз, проходя по берегу Калпеты, Джим вспоминал сладкие минуты своего падения. Падения, потому что девушка оказалась не из племени марципанов – союзников Двадцать Четвертой базы, – а из мали, родственной марципанам народности, но живущей на территориях, подконтрольных мятежным силам генерала Тильзера.
Очаровательная дикарка-обольстительница оказалась вражеским шпионом и профессиональной убийцей. Когда ее увезли в Антверден и посадили на главной базе в тюрьму, она ухитрилась сбежать, соблазнив и убив охранников.
Недалеко от места былых свиданий находилась давнишняя лежка зурабов.
