3
0Свенельд на полном ходу повторил его подвиг, тупо протаранив козла головой. И пошла заруба, бессмысленная и беспощадная.
Конь давил авторитетом, козел отсутствием мозгов и абсолютно наплевательским отношением к собственной жизни. То есть, сама мысль о том, что он может проиграть, ему даже в голову не приходила — да там, похоже, вообще не было ни одной мысли!
— Это вообще кто? — нетерпеливо дергала меня за рукав Женя. — Это твой пет? Отражение твоей души и силы⁈
— Очень даже похоже, — не могла не подколоть меня Мавка.
— И что? Зато он сильный!!! И орет громко.
— И как ты его назовешь? Имя должно отражать его суть.
— Пурген. Его зовут Пурген.
— Это почему так?
— А чтобы враги при его появлении сразу излечивались от запора.
— Каков хозяин, таково и отражение души. Я так и думала, что ты козел.
— Мавка, можешь даже не уговаривать меня — твоим я никогда не буду.
— Да кому ты нужен, болезный!!!
— Тебе и нужен…
Тем временем животные закончили выяснять отношения и лежали по разные стороны от многострадального дерева, тяжело дыша. Походу у них был боевой перерыв и временная ничья. Сдаваться никто из них не собирался.
Волк Аленки и змей Сигурда смотрели на них абсолютно равнодушно — им было плевать и лень.
Вот так мы и познакомились с тем, кто должен был стать моим вроде как другом, а стал личным кошмаром…
Глава 13
Глава 13
Я, конечно, мечтал о величественном грифоне или послушном единороге, но судьба подкинула мне это недоразумение. Пурген был мастером саботажа. Как только мы собиралась в рейд, козел «случайно» застревал в дверном проеме. Если нужно было срочно куда-то лететь, он внезапно решал, что ему нужно немедленно поесть, и начинал жевать все, что попадалось на глаза: от травы до вещей, разбросанных по казарме. Он в принципе все время что-то жевал — мог употреблять даже камни, если уж ничего более подходящего не находилось. А когда я попытался в первый раз оседлать его, козел просто лег на землю и начал кататься, как будто у него чесотка. При этом я тогда с него соскочить не успел, поэтому покатался вместе с ним по ниразу не мягким полам казармы.
Насчет летать я не шутил. Он это умел. Правда, не совсем летать, а скорей прыгать, но очень далеко — на пару километров его способностей точно хватало. Мог карабкаться по любым поверхностям. Используя магию земли, создавал локальные землетрясения или швырялся каменными кулаками. Фантазия в плане пакости была у него очень сильно развита.
И жрал. Он постоянно что-то жрал. Особенно уважал овощи и мясо. Вот совсем недавно случай был — отвлекся я, а этот мудак учуял что-то съестное и ломанулся в окно дома напротив.
Хозяйка оборачивается, а там морда эта — разбила стекло, залезла внутрь и громко мекает.
