Инстинкт Бабы-Яги

Вместо антилопы она возьмет свинину, голубя заменит курицей, диковинные приправы – перцем – и пожалуйте к столу. Результат, как правило, оказывается чудовищным. Мы с Норой мигом выбрасываем содержимое тарелок в окно и, чтобы не обидеть Ленку, расхваливаем яства, чем стимулируем глупышку на новые кулинарные подвиги. Следовало бы, набравшись окаянства, заявить: «Лена, ты лучше вымети пыль из углов и хорошенько вымой полы. Оставь в покое кастрюли, ими займется кухарка!»

Но Нора не может сказать Ленке эту фразу. Почему, я тут объяснять не стану, рассказывал уже один раз сию историю и повторяться не желаю. Я же, к сожалению, не способен оскорбить женщину, чем беззастенчиво пользуются все, кому не лень, от моей матушки до любовниц. Поэтому мне пришлось осваивать такие точки питания, как «Ростикс», пицца «Сбарро» и «Елки-палки». До «Макдоналдса» я все-таки не опустился, хотя лапша быстрого приготовления стала казаться мне вполне приемлемым ужином, я даже научился в ней разбираться. Та, что «со вкусом говядины», – редкостная мерзость, зато грибной вариант вполне ничего. Интересно, какой предпочитает Нора? Пару раз, услыхав, как я вхожу в кабинет, она быстро прятала в стол знакомые белые лоточки.

Но одно дело помогать приятельницам выпутываться из неприятных историй, а другое – давать объявление в газету. И потом, я не собираюсь вновь носиться по улицам и копаться в чужом грязном белье, кроме того, на занятия частным сыском требуется лицензия."

"Все эти соображения вихрем пронеслись в моей голове, но сказать я ничего не успел, потому что в холле повеяло ароматом «Миракль», духов, которые обожает Нора, а следом за облаком парфюма в гостиную вкатилась и хозяйка, как всегда, безукоризненно причесанная, намакияженная, одетая и при бриллиантовых серьгах, в общем, типичный российский инвалид.

– Вас хотят убить? – резким голосом спросила она. – Очень хорошо! Ступайте за мной.

Гостья посеменила за инвалидной коляской, я двинулся следом. «Вас хотят убить? Очень хорошо…» Не хочу показаться занудой, но люди никогда не вслушиваются в то, что говорят. Когда я заканчивал школу, наша директриса отличилась на выпускном вечере. Влезла на сцену, где стояла шеренга девочек в белых платьях и мальчиков, впервые надевших костюмы, схватила микрофон и проорала:

– Сегодня у нас радостный день. Провожаем десятиклассников в последний путь.

Естественно, мы захихикали. Директриса, между прочим, преподавала русский язык и литературу и сообразила, что несет нечто несуразное. Она решила исправить положение:

– Извините, я оговорилась. Итак, сегодня счастливый день, наши дети выходят на большую дорогу!

Сами понимаете, что торжественная часть провалилась, от смеха рыдали все: и школьники, и родители, и учителя.