8
0
— Я попросила не говорить, — она тщательно пережевывает кусок оладушка и бубнит, — и папа сам сказал, — она в очередной раз шмыгает, понижает голос, пародируя сердитого Родиона, — если ты в таком в восторге от Яны, то вот и живи с ней! Вот я и буду жить с тобой. Ты же меня не выгонишь?
— И куда я тебя выгоню? — я подпираю лицо ладонью и гляжу в насупленное лицо Насти.
— В Италию!
— Прости, но я сама себя выгнать в Италию не в состоянии.
— Да ничего там интересного, — Настя небрежно отмахивается."
"— Я уверена, что вы помиритесь, — накрываю ее ладонь своей, — и я не против, чтобы ты пересидела бурю у меня, но думаю, что отец не желает тебе зла, как и ты ему. Вы друг у друга самые близкие люди…
Настя с плачем опять кидается ко мне с объятиями, сползает на пол и утыкается лицом в колени.
— Он обидел меня, а ты его, да?
— Мы просто решили разойтись, — спокойно отвечаю я и глажу Настю по голове. — Как взрослые люди.
— Ты решила, да? — она поднимает лицо на меня. — Если бы это было его решение или общее, то он бы так не бесился. Ты его переиграла, да?
Молча вытираю с ее щек слезы, и она возвращает голову мне на колени. Пропускаю ее волосы сквозь пальцы. Алекс поступил правильно, что привез ее ко мне, а то в своей обиде и истерике она могла попасть в беду.
— Спасибо, — шепчет Настя, неуклюже встает и скрывается в ванной комнате. — Умоюсь.
Ставлю грязную тарелку в раковину, и замираю, а через секунду бегу в ванную, где Настя застыла над тумбой, на которой лежат положительные тесты на беременность. Она подхватывает пальчиками одну из полосок и разворачивается ко мне.
— Яна…
Как я могла забыть, что оставила такие важные улики на виду? И что мне сказать в свое оправдание любопытной и пронырливой гостье?
— Это не то, о чем ты подумала, — ничего лучше я не смогла сообразить.
— От папы?
— Нет, — жалобно попискиваю я, вырываю из ее пальцев тест и вместе с остальными прячу в карман штанов. — Ничего подобного. Не от папы.
— У меня будет братик или сестренка? — в глазах Насти блестят слезы радости. — Да, Яна?
В ответ я поскуливаю что-то невразумительное и отступаю на несколько маленьких шажочков. Как же я влипла! Я планировала провести это воскресенье не за жалкими попытками выкрутиться из очень сложной ситуации.
— Почему ты мне сразу не сказала?! — восторженно вскрикивает Настя и сдавливает в воодушевленных объятиях. — Ты уже придумала имя?
— Настя…
— Надо папе позвонить! — взвизгивает она и вытаскивает из карманов джинсов телефон, который я немедленно забираю и выскакиваю в коридор.
— Ты ему не будешь звонить! Он не должен знать! — меня трясет в панике. — Нет!
— Как женщина женщину я хочу поддержать твое решение, — Настя слабо и извиняюще улыбается, — но, как дочь своего отца, я говорю тебе, что он должен знать.
