Игрушка для негодяя (СИ)

— Видишь ли, Яне с папочкой не так повезло, как тебе, — Родион щелкает Настю по носу. — И вопрос с Яной закрыт.

Он оправляет лацканы пиджака и выходит, злобно зыркнув на меня.

— Я пыталась, — Настя слабо улыбается, дожевывает последний кусок котлеты и широко зевает. — Ты не против, если пойду спать?

— Сладких снов, — подпираю кулаком подбородок.

— Наверное, — Настя останавливается у двери и шепчет, — ты ему очень понравилась.

— Звучит, как угроза, — я ежусь и переплетаю ладони на столе в замок.

— Томаш сказал, что влюбился меня за три дня, — задумчиво тянет Настя.

— Да не дай бог, — сипло кряхчу я, ужаснувшись от ее слов.

Настя потягивается и оставляет меня наедине с котлетами. Тишина настраивает на меланхолию. Я в чужом доме и поучаствовала в уютной семейной беседе. Родион предстал передо мной в другой роли. В роли отца взрослой дочери, и я увидела в нем живого человека, а не только эгоистичного самодура и похотливого кобеля.

— Милашка, да? — у стола стоит Алекс и жует котлету. — Настя когда уехала, тут так тихо стало.

— Его жену убили? — поднимаю на него взгляд.

— Что? — Алекс кашляет и торопливо глотает. — Нет. Светлана болела.

— Рак?

Кивает и садится напротив:

— Откуда такие догадки насчет “убили”?

— Вы же бандиты, а у вас всегда какие-то разборки с летальными исходами. В том числе страдают и ваши близкие.

— Почему сразу бандиты? Бизнесмены, деловые люди…

— Что еще расскажешь?

— Ты слишком предвзята, — Алекс кривится.

— Вы меня похитили, мужа моего избили и ты лично обещал ему ногти вырвать. Еще вопросы?

— Бизнес он такой, довольно хлопотный, — Алекс скалится в улыбке и ковыряет мизинцем в зубах. — Да и ногти вырывал бы не я, а Петя. Это для меня слишком.

— А что не слишком?

— Руку могу сломать. Если сильно заведусь, то награжу открытым переломом. Проблююсь потом, конечно.

— Потом — это когда?

— Когда дело будет окончено, отойду в сторонку и отведу душу, — подхватывает пальцами очередную котлету и спешно добавляет, — но с дамами мы общаемся прилично.

— Без переломов? — хмыкаю я.

— Нет, без переломов, — серьезно отвечает Алекс. — Это ведь не по-мужски.

— И много ты рук переломал, ангелочек? — заинтересованно поддаюсь в его сторону.

— Заболтался я с тобой. Подловила меня в хорошем настроении, — недовольно цыкает и отправляет в свою безразмерную пасть котлету целиком, вероятно, чтобы не проговориться, скольких он искалечил.

Разочарованно выдохнув и хлопнув по коленям ладонями, встаю из-за стола. Алекс следует моему примеру, вытирая рот рукавом пиджака, и бубнит:

— Поехали.

— Куда?

— Домой.

— Не поняла?

— Родион отпускает тебя. Не хочет подавать дочери плохой пример.

— Вот прям отпускает? — не верю своим ушам.