Японская война 1904. Книга вторая

У обороны тоже есть смысл, но… Если изначальная цель уже потеряна, то зачем нам вставать насмерть именно в чистом поле, когда под Ляояном нас ждут готовые позиции? И именно там взять свое нам будет гораздо проще. Кстати, это все только одна из причин. Давай как будущий командир и ты тоже что-нибудь назовешь.

Я внимательно посмотрел на Буденного, тот сначала напрягся, но тут же нашел ответ.

— Припасы. Сколько выстрелов у солдат и пушек будет здесь, в чистом поле, и сколько в Ляояне, когда по железной дороге можно каждый день подвозить целые эшелоны снарядов!

— Верно. Это ты правильно заметил, — кивнул я.

Где-нибудь в Европе война была бы совсем другой. Там, где сплошные дороги, где можно дать бой в каждой деревне, линия фронта перемещалась бы очень медленно, и армии фактически все время держались бы друг напротив друга. В Маньчжурии же бои были привязаны к редким артериям снабжения, превращая войну в серию сражений за ключевые точки, каждая из которых должна была дать контроль сразу над целым регионом.

И несмотря на некоторые успехи, мы уже успели проиграть очень многие из них. Море, границу с Кореей, Квантун с запертым там Порт-Артуром. На днях тот же Дашичао лишил армию прямой дороги на Инкоу, и теперь японцы могли спокойно использовать порт для подвоза припасов с еще одного направления. Оставался сам Ляоян… Пока мы здесь, все не так плохо, у нас как минимум есть варианты, как действовать дальше. Но если и тут победят японцы, они смогут в одной точке перекрыть дорогу ко всем своим прошлым приобретениям.

Идеальный замок от юга Маньчжурии, который пока в наших руках. И который мы не должны упускать!

* * *Восточный отряд вернулся в Ляоян — без победы, но и без поражения. И тут же в расположение 2-го, 3-го и 10-го корпусов зачастили гости из других соединений и торговцы. Последние искали рядовых, что успели разжиться каким-то трофеями и готовы были теперь в обход начальства продать их за весьма разумную цену. Ну, а другие солдаты просто хотели узнать побольше про врага — как убивать его и выживать самим.

— Плачу по рублю за каждую каску, — чернявый купец, приехавший сюда аж откуда-то из-под Астрахани, махал руками перед ефрейтором Гусиным.

— Нет, — тот в очередной раз покачал головой. — Винтовки японские тебе уступили? Уступили, а больше ничего для тебя нет.

— Да какие это винтовки? Лом же один, чудо будет, если хоть треть получится восстановить. А скорее и вовсе на металл придется сдавать, — купец чуть слезу не пустил. — Неужели целых не было?

— Целые пошли в полковую кассу, — спокойно ответил ефрейтор. — А лом уже нам разрешили забрать, если таскать не лень.