Японская война 1904. Книга вторая

* * *Татьяна задумала это уже очень давно, но как же сложно было сломать глупую традицию. Благородные девицы только в Красном Кресте, а армейские госпитали — уже только для мужчин, ну или кого попроще. К счастью, ей хватило и упорства, и влияния. А еще помогло то, что Куропаткин чувствовал себя виноватым за случай с великим князем, чем девушка тоже не преминула воспользоваться.

Теперь оставался только последний шаг, последнее препятствие — сам Макаров. И лишь бы он не обманул ее ожиданий. Татьяна неожиданно поняла, что раньше даже не думала об этом, а теперь, едва представив, что он скажет «нет», чуть не пришла в отчаяние. Ведь все же вокруг твердили, что полковник стал гораздо суровее, чем раньше, что он готов переступить через любые правила ради результата. И разве тогда она сможет его остановить? Теперь-то девушка поняла тот насмешливый взгляд Куропаткина и его слова… «Если Макаров вас примет, то пусть».

Он все знал!

— Если вы ищете слова, чтобы меня не обидеть… — девушка поняла, что еще немного, и уже не сможет сдерживаться. Так долго идти к цели, чтобы понять, что это всего лишь мираж. — Тогда и не надо ничего говорить, я уже все поняла.

Она двинулась к выходу, когда ее остановил короткий резкий приказ.

— Сядьте.

— Что?

— Если вы хотите стать частью армейского госпиталя, то стоит для начала изучить устав. Врачи на войне подчиняются офицерам. Поэтому сядьте.

— Хорошо, — Татьяна выбрала один из стоящих у стены стульев и, ловко подхватив платье, грациозно на него опустилась. Значит, она еще поборется!

— Дальше, — полковник и говорил, и думал. — Вы сделали свой выбор, я его приму, но… Мне не нужна княжна-медсестра. Это было бы подобно тому, что мы бы решили забивать гвозди микроскопом или возить снаряды на передовую по ящику на вагон. Поэтому я готов принять вас… Старшей сестрой милосердия в отделение для легкораненых.

Татьяна на мгновение поморщилась. Она слышала, что Макаров разделил свой госпиталь на направления, чтобы врачи могли набивать руку на повторяющихся операциях. Но легкораненые… Самое незначительное отделение — все-таки ей не доверяют.

— Некоторые неумные люди считают, что поставить на ноги солдата с легкими ранами — это самое простое дело, — Макаров словно прочитал ее мысли, и от этого у девушки разом по всему телу побежали мурашки. — Однако это полнейшая глупость! Какая главная задача медицины на войне? Вернуть раненых в строй. И именно в вашем отделении этот процесс будет идти быстрее всего, именно тут ярче всего будет видно ошибки. Понимаете, какое это давление и ответственность?

— Кажется, да.

— Тогда дальше. Как я сказал, мне нужна старшая сестра, но людей я вам не дам.

— Мне нужно будет найти их самой? — Татьяна подобралась."

"Все понятно.