7
0Кэти тем временем встает и выходит в коридор с сержантом. Они прикрывают за собой дверь, и Генри разрывается между их тихим разговором и телевизором.
Корреспондент передает последние новости с места событий. Сердце Генри готово выпрыгнуть из груди…"
"– Это одна из жильцов, эвакуированных из здания, Аманда Дженнингс. Спасибо, что согласились ответить на наши вопросы, Аманда. Я правильно понимаю, что вы видели мужчину, которого здесь все знают под именем Марк, с девушкой-блондинкой?
– Да, верно. Они переехали сюда примерно полгода назад. Он строитель. Девушку я видела редко. Она как будто прячет лицо, не особо общительная.
– Вы видели фото Анны Баллард? Как считаете, эта девушка может быть Анной?
Корреспондент что-то показывает Аманде в телефоне – очевидно, фотографию Анны.
Генри смотрит затаив дыхание. В комнате наступает полная тишина. Только стучит его собственное сердце. Раз. Два. Три.
Свидетельница, наклонив голову, всматривается в экран телефона…
– Это Анна! Анна у него… – отчаянно взвизгивает Барбара, вцепившись в подлокотники. – Господи, Анна у него…
Остальные молчат. Полицейские, закончив разговор, стоят в дверях и вместе со всеми следят за происходящим на экране.
Не отрывая взгляда от фотографии, Аманда мотает головой:
– Нет, не могу сказать. Не уверена.
– Они не должны это показывать, – говорит Кэти. – Полная безответственность. Он может увидеть и психануть.
– Ну от них мы узнали больше, чем от вас, – бросает Генри.
При мысли об Анне ему резко становится дурно. Это отвратительно, папа…
Корреспондент, пообещав держать зрителей в курсе событий, передает слово ведущей.
– А пока другие новости на сегодня…
Генри смотрит на Барбару. Смотрит в упор, однако жена избегает его взгляда. Она уже знает про Эйприл? Затем на Дженни. Дочь беззвучно плачет, Тим обнимает ее за плечи.
Генри будто в вакууме, звуки не достигают его слуха. До сих пор он считал, что Анна мертва. Поначалу эта мысль причиняла ему страшную боль, и в то же время, как ни странно, в глубине души он чувствовал облегчение. Какой бы ужасной ни была смерть дочери – все кончено. Что бы ни случилось с Анной, оно не может случиться снова. Оно в прошлом. Кто бы мог подумать, что Генри найдет утешение в такой определенности… И все же это лучше, чем мучиться неизвестностью.
Он вновь смотрит на Дженни с Тимом. Вспоминает, как детьми они дурачились в надувном бассейне в саду. Счастливая пора. А потом дети выросли. И когда нужно было присмотреть за девочками в Лондоне, ребята нашли дела поважнее. Само собой, виновата Сара, но если бы Тим и Пол…
– Тим, кажется, тебе пора.
Парень сперва теряется, потом все же встает, поправляя кудрявую шевелюру.
– Нет. Сядь, Тим. Я хочу, чтобы он остался. Он у меня в гостях.
