Я Гордый часть 5

И лишь я, как самая верная, всю ночь дежурила возле тебя и компрессы на лоб ставила! А еще слушала, как ты поешь!!! Представляешь, какая у меня теперь моральная травма, не совместимая с желудком⁈

— С желудком?

— Да, потому как меня тошнит, когда я все это вспоминаю.

— Ты ж моя хорошая, — едва не пустил слезу я от умиления. — Иди ко мне, я тебя пожалею.

— Вот, а то все мозгоклюй и прочие гадости. Хорошего от тебя не дождешься. — рыбкой нырнув под одеяло, она прижалась ко мне. — Хочу целоваться, — потянулась она губами. — Ох, нет, не хочу! От твоего перегара мухи на лету в пепел осыпятся, -сморщила носик она и чихнула.

— Вали в душ, пока я добрая и отзывчивая.

— А как ты хотела? Розы, знаешь ли, тоже надо удобрять дерьмом, — выдал я не совсем умную фразу и потопал в душ.

— Хоть бы оделся! — взвизгнула она.

— Кто меня раздевал, тот пусть одевает, — дружелюбно махнул я своими нижними тридцатью сантиметрами. Ну ладно, он меньше, но не намного. И не льщу я себе, и не мерил, как некоторые. Просто определил на глазок. А глазок у меня точный — в снайперы иных не берут.

Привел себя в порядок, посмотрел на часы, выругался — шесть утра, какого черта?!! Вышел обратно с тем же вопросом.

На что получил пространственный ответ, мол, она не знала, сколько я буду приходить в себя, а надо собраться, подготовиться к церемонии, и вообще, ей не спится и скучно.

Я плюхнулся обратно в постель, обидевшись на весь мир. Катины поползновения были жестоко проигнорированы, как и последовавшие извинения. Она распиналась минут десять и даже попыталась надавить на жалость, пустив слезу. Последняя не пустилась, хотя она очень старалась. Завершилось все приходом Ольги, которая так же нырнула ко мне в постель с невинным вопросом — а что тут, собственно, происходит?

Катя тут же принялась жаловаться на такого бесчувственного тирана вроде меня и отговаривать ее выходить за меня замуж.

Та заявила, что ее все устраивает, а подчиняться ей нравится больше, чем командовать. К тому же я старше ее по званию, поэтому право имею.

Это вызвало в ранимой душе — это она так про себя, — бурю негодования и на третейский суд были вызваны свидетели обвинения в виде Лизы и Любы. Те по причине раннего утра и похмелья, были недовольны, что их разбудили и быстро стали свидетелями защиты, выгнав Катю из постели, связав ее и оставив корячиться в кресле.

А чтобы не возмущалась, заткнули рот булочкой, взятой неизвестно откуда. После чего мы принялись обсуждать предстоящее действие.

Рассказал им про Линь — мол, она советует поехать в одно замечательное место, где нам никто не помешает, а именно в Чжуцзян. Полазили в рунете и увиденное нам понравилось. Действительно, тихое место, где отдыхают как сам император, так и его приближенные. Публика солидная, остепененная.