4
0Невидяще смотрю на бумаги. – Что это?
– Заявление на развод, – бесцветным тоном, будто вспышка гнева мне лишь померещилась, перечисляет муж. – Отказ от раздела имущества, алиментов и опеки над детьми.
Я беру в руки документы, и глаза наполняются слезами, голос дрожит:
– А почему заявление уже с печатью? И дата… Месяц назад?
– Не хотел тратить драгоценное время, – сухо поясняет муж и протягивает ручку. – Подписывай.
– Нет, – качаю головой и отступаю. – Не буду.
– Мы всё равно почти разведены, – цедит он. – Ир, если будешь паинькой, я куплю тебе квартиру и позволю по выходным видеться с детьми.
Внезапно на меня обрушивается осознание:
– Ты купил?.. – к горлу подкатывает ком, а к глазам слёзы, но вместо того, чтобы разреветься, я в гневе рву бумаги: – Всё твои проклятые деньги! Не дам я тебе развод, слышишь? Ты вообще человек? Как ты можешь так поступать с матерью твоих детей?!
Он дёргает правым уголком рта, взгляд становится пугающе холодным, голос саркастичным:
– Мои проклятые деньги? Ты спокойно жила за мой счёт, и я готов продлить твою беспечную жизнь. На твой счёт будет переведена достойная сумма. Но ты должна прямо сейчас отказаться от доли в совместно нажитом имуществе.
Он подхватывает вторую стопку, и я вижу точно такие же документы, которые только что порвала. Вспыхиваю в гневе:
– А если откажусь? Что будет?
– Лучше тебе не знать об этом, – рычит Богдан и швыряет бумаги: – Подписывай!
Сжимаюсь от ужаса, – я никогда не видела мужа таким! – и тянусь дрожащей рукой к документам. Но в следующий миг меня накрывает волной неконтролируемой ярости, и я рву бумагу на мелкие клочки. Судя по выражению лица мужа, третьего пакета у него нет.
– Ты пожалеешь, – голос пугающе спокойный.
Богдан разворачивается и идёт к входной двери, а я кидаюсь следом, но, запнувшись, падаю и цепляюсь за его брюки.
– Даня, Даня, погоди, умоляю! Скажи, почему ты меня бросаешь? Что мне сделать? Только скажи, я на всё готова! Операцию? Подтяжку? Я стану такой, как ты хочешь, только не уходи. Прошу, любимый… Данечка!
Он наклоняется и, схватив меня за руку, говорит ледяным голосом, от которого замирает сердце:
– Моё имя Богдан.
Отталкивает меня и покидает дом. Я остаюсь одна. Непривычная тишина давит могильной плитой, и кажется, что я вот-вот умру от разрыва сердца.
Смотрю на клочки бумаг.
Как так?! Ещё недавно наша жизнь была такой счастливой, и вдруг в одно мгновение всё рухнуло. Даня, такой родной, такой хороший, внезапно превратился в жестокое чудовище. Он хочет забрать у меня всё, откупившись квартирой и деньгами. Выбрасывает, будто надоевшую собачонку…
Вцепившись в волосы, я кричу, кричу, кричу. Но этого мало, чтобы вылить душащий меня океан боли, и я хватаю первое, что попадается под руку. Бросаю об пол.
