Грани чести

Не став больше слушать возражения девушки, я схватил портфель и чуть ли не вприпрыжку выскочил из дома. Надо валить, пока она ещё что-нибудь не придумала!

Дорогу до гимназии я представлял лишь приблизительно – догадался расспросить Ивана Васильевича по пути к новому дому.

Сейчас мне предстояло дойти до конца Китайской улицы – до храма, взять правее и дошагать до Ульчи. А затем идти вдоль неё, пока, собственно, не попаду в сам город.

Ульча – это река. Широкая, судоходная и рукотворная. Да, да, именно рукотворная. Её созданием занимался первый князь Ульчинский, в те времена, когда решил заложить на этом месте город.

Занимался, естественно, не он лично, а нанятые им Стихийники земли и воды. Даже боюсь предположить, в какую сумму князю это обошлось. Или он тогда ещё не был князем? Не помню. Точнее, не помнил Маркус. Он вообще знал историю родного края довольно плохо. Не интересно было.

Но если судить по обрывочным воспоминаниям, что задержались в голове боярича после уроков истории, и немного подумать логически, то во времена зарождения города княжества ещё не было. Как и князя. А был удачливый боярин Ульчинский, который пришел в эти места с большой дружиной и сказал местным кочевым племенам, что он теперь тут царь и бог, а они его подданные.

Кочевники, конечно, возмутились и ожидаемо получили по зубам. В итоге некоторые племена ушли, некоторых боярин сам прогнал, а оставшиеся широким жестом раздарил своим ближникам, назначив их боярами, а себя князем. Ну и город заложил, само собой.

Пожил так год-другой, между делом отбиваясь от обиженных степняков, и подумал, что чего-то не хватает. И решил, что в его городе должна быть река. Потому что река – это торговля.

А торговля – это хорошие налоги. Да и вообще, как говорится, торговля – двигатель прогресса.

В общем, спустя пяток лет стал Ульчинск небольшим, но довольно оживленным торговым городком. Дружина князя лишь крепла, в округе появлялись новые деревушки, на полях заколосилась пшеница, а в реке не переводилась рыба.

Но и этого князю оказалось мало. Снял он тогда шлем, почесал голову, и придумал очередное ноу-хау. А именно – объявил всем, и местным жителям, и проезжим торговцам, что в княжестве Ульчинском свобода Веры. То есть, верь ты хоть в макаронного монстра, дружина князя, традиционно чтящая Перуна, тебя не тронет.

А кроме того любой желающий может на территории княжества построить для своего бога храм. Само собой не просто так, а с согласования с князем и после оплаты госпошлины."

"И, как ни странно, храмы действительно стали строить. А князь довольно поглаживал себя по умной голове, складывал деньги в сундуки и с удовлетворением оглядывал быстро растущие владения. Ну и за порядком следил, само собой, продолжая гонять степняков и прочих разбойников.