3
0
— Тогда почему у тебя был настолько потерянный вид? Что случилось?
Никогда не думала, что формулировка вопроса имеет значение. Как и фокус внимания. Если бы дракон спросил, чего хотел мэр… Мне пришлось бы осознанно врать, он наверняка бы это заметил, и тогда вряд ли смотрел бы на меня с таким беспокойством. Скорее, в его синих глазах бы было раздражение или, может, даже гнев."
"А говорить правду я бы побоялась. Да, у меня есть подозрения насчет Аурики, но нет никаких доказательств. Если она совсем ни при чем, а я расскажу все Роуварду, мэр узнает и решит наказать меня через нее… Честно, я понимаю, что не смогу простить себя.
Именно это понимание, сомнение оседает во мне противным склизким червяком, который возится, размазывая свою слизь вокруг себя. С одной стороны дракон, которого я не знаю, но который пока что не сделал мне ничего плохого (если не считать поцелуй, про который он забыл, наглец!). А с другой — Аурика, сестра Марики, но сейчас, по сути, моя. Да, она очень нехорошо повела себя со мной в городе, но вдруг она написала правду?
— Я беспокоюсь за сестру, Роувард, — отвечаю я. — Она у меня единственная осталась… Да еще и младшая.
— А есть повод беспокоиться? — хмурится дракон.
— Мне кажется… Мне кажется, что ее забрали из приюта вместе со мной, и сейчас держат где-то в городе. И я не знаю, что они могут с ней сделать.
— И мэр тебя ею шантажирует?
И снова Роувард не задает тот вопрос, который заставил бы меня рисковать.
Киваю. Отставляю чашку. Смотрю ему в глаза.
— Он хочет играть? Значит, поиграем, — кивает дракон. — Вопрос в том, кто устанавливает правила.
— То есть вы понимаете, что он против вас?
— Есть ли в этом городке хоть кто-то, кто бы поддерживал меня? — усмехается Роувард.
Мне хочется сказать, что я. Но я уверена, что слишком многого не знаю, чтобы точно сказать, на чьей я стороне. Дракон мне ничего не рассказывает о своей настоящей цели в городе. Могу ли я быть уверена, что он не преследует какие-то гнусные цели?
Бред, конечно. Или нет?
— Но вы… как будто вы ничего не боитесь? Неужели драконы настолько непобедимы?
— У всех живых существ есть слабые места, Марика. Иначе это не живое существо, — усмехается Роувард. — Да, у драконов их не так много. Ты же видела меня раненым?
Снова киваю. Видела. И еще удивилась его невероятной регенерации, если не считать того, что все равно с этой раной что-то было не так.
— Вот. И если я правильно понимаю, то из всех возможных опасностей меня сейчас должны беспокоить только маги-менталисты, — он впивается в меня взглядом. — Говорят, что именно в Скольахии сохранились потомки их рода. Но… — в синих глазах дракона появляется угрожающий блеск. — У драконов есть правило: заметил менталиста — убей.
