3
0
Уже позже я понял, что заработался, потерял счет дням и забыл, что сегодня начинаются приготовления к празднику с первой, “женской”, службы в местном храме. Она одна из самых важных в году, поэтому не удивительно, что вся прислуга туда отправилась.
Получается, только Марика осталась дома, ведь я ей запретил без моего согласия куда-то выходить. По моей вине она пропустит важное событие… Хотя я даже не знаю, строго ли она следует ритуалам и традициям, ведь она из приюта. Я слышал, там были свои правила и законы.
Почему-то мысль, что Марика осталась одна, немного царапает, как будто это неправильно. Но я временно откладываю ее на полочку, поскольку она будет мешать сосредоточиться на переговорах, которые не обещают быть легкими.
Трехэтажное каменное здание гильдии на главной площади, пожалуй, второе по монументальности после ратуши. Впрочем, гильдия вполне успешно делит его с банком, поэтому все вполне объяснимо.
Меня встречают с поклонами и расшаркиваниями у самого крыльца, а потом сопровождают в зал для переговоров. На мой взгляд, он мрачноват и угрюм из-за массивной мебели из темного дерева, узких окон и темно-бордовых портьер.
— Благодарим, ваше величие, что вы согласились на встречу в столь ранний час, — поднявшись со своего места, говорит невысокий толстоватый советник, с красным лицом и массивными перстнями на пухлых пальцах. — Но мы заинтересованы провести переговоры как можно скорее…
Да. Именно поэтому вы пригласили меня не в первый и даже не во второй день моего присутствия в городе. Даже без силы эмпата ощущаю тухловатый привкус блефа. Даже мутить начинает.
Окидываю взглядом стол, за которым все разместились. Пятеро из шести. Свободны два кресла: для меня и еще для…"
"— Мэр Гриндорк просил извиниться за него, — заметив мой пристальный взгляд, поясняет советник. — У него появились неотложные дела.
У него дела, а у меня… Неприятное, зудящее чувство где-то в солнечном сплетении. Что за дела могут быть, чтобы Гриндорк пропустил переговоры, столь значимые для заключения соглашения между Эльвариамом и Скольахией?
— Прошу, садитесь, — подает голос другой советник, старейший из них, с аккуратно подстриженной седой бородой и цепким взглядом темных глаз.
По моим сведениям, минимум половину торговых связей обеспечивает именно он. И по нему заметно: взгляд цепкий, а поза показывает, что он уверен в своей значимости.
— Давайте не будем откладывать, господа, и сразу перейдем к вопросам по существу, — заняв кресло во главе стола, сказал я.
Советники переглядываются, а тот, что говорил первым, как-то нервно поджимает губы. Очередной раз я жалею о том, что Ригеля со мной нет, как и его дара. Но язык тела никто не отменял, поэтому мне нужно быть просто внимательнее.
