3
0— А я вообще привык многое делать сам.
Не понимаю, что скрывается за этой странной фразой, поэтому продолжаю смотреть на него, ожидая приказа.
— Иди, одевайся и жди меня, — правильно расценивает мое молчание дракон. — Только потеплее, сегодня там мороз.
Сдерживаю усмешку: как будто у меня есть выбор. И так, что дали, то и ношу… Но…
— Роувард, позвольте все же сначала написать письмо сестре, — не двигаюсь с места и смотрю в его синие глаза.
В них интерес и, по-моему, желание влезть в мои самые потаенные мысли. Как будто я для него загадка, которую ему непременно хочется решить, но у него никак не получается.
— Может, сходим к ней просто? — внезапно предлагает дракон.
Это кажется внезапным и никак не вписывающимся в мои планы. Не горю я желанием с Аурикой встречаться, пока не пойму, что на самом деле с ней происходит. Тем более, что Руди сказал, что видел ее с каким-то мужчиной. Опять.
— Я бы не хотела тратить ваше время, — как можно непринужденнее улыбаюсь я. — Но вот письмо…
— Я понял тебя, — качает головой дракон. — Пиши.
Он протягивает мне листы и перо с чернильницей и кивает на столик у диванчика, где я в прошлый раз заснула. Хитрый. Хочет, чтобы я при нем писала. Может, еще и подсматривать будет? Думает, буду доносить обо всем, что здесь происходит? Или чего доброго, вообще не сестре, а мэру писать буду?
И правильно, если так думает. Марика бы точно так и сделала. И о его ночной ране бы рассказала непременно. Но я, к счастью, не она, поэтому постараюсь вообще о нем ничего не писать.
Поэтому спокойно беру предложенные письменные принадлежности и сажусь за столик. Мне приходится сильно постараться, чтобы не задумываться о том, как писать, позволить телу на автомате все делать, потому что стоит мне только подумать о той или иной букве, как дело стопорится.
Кратко оповещаю сестру, что прийти не получилось, что у меня, если ей интересно, все хорошо и намекаю, что подробнее писать не получится (скрывая, что не хочу).
Дракон, на удивление, даже не читает письмо, просто складывая бумагу и опечатывая ее сургучом со своей печатью.
— Думаю, что так никто посторонний не решится вскрыть письмо, — улыбается он в ответ на мой недоуменный взгляд и убирает послание во внутренний карман. — Ну а теперь же вы можете пойти одеваться?"
"Спустя минут двадцать мы с Роувардом уже идем по людным улочкам Хельфьорда, а я стараюсь не обращать внимания на то, как нас рассматривают, а потом переходят на другую сторону дороги. Дракону, кажется, вообще все равно на происходящее.
Он взял меня под руку и хмуро, как, впрочем, и обычно, уверенным шагом идет вдоль аккуратных двухэтажных домов.
