3
0— Что ты здесь делаешь?
Я все-таки приоткрываю один глаз, потом второй. И тут же жалею об этом: лицо Роуварда оказывается так близко, что я могу разглядеть золотистый ободок радужки в его темно-синих глазах. От дракона исходит жар, как от печки, и пахнет чем-то терпким, древесным.
Сердце пропускает удар, а потом пускается в галоп. На губах Роуварда появляется легкая улыбка: он чувствует, как подскочил мой пульс, настолько крепко сжимает меня в своих руках.
Упираюсь ладонью в его грудь и понимаю, что его сердце отвечает моему таким же бешеным стуком. Дракон чуть прищуривается, с недоверием глядя на меня, но и не думает отпускать, лишь отвлекая меня легким поглаживанием пальцев по спине.
— Я... — голос срывается, и я делаю глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями.
Напрасно. Потому что легкие наполняет уже знакомый, особенный аромат этого невыносимого дракона, и внутри словно все замирает в предвкушении. Я как натянутая тетива, которая не знает, когда ее спустит лучник…
— Я искала книги. Про драконов, — наконец, нахожу в себе силы ответить я.
Его брови чуть приподнимаются, а в глазах мелькает что-то похожее на удивление.
— В этой библиотеке? На стремянке?
— Ну да, — я неловко поерзываю в его руках, пытаясь отстраниться, но он и не думает меня отпускать. — Внизу я ничего не нашла. Решила попробовать поискать на верхних полках.
— Марика, ты серьезно? — в его голосе проскальзывают насмешливые нотки. — В вашей стране запрещено хранение книг о драконах и прочих расах в частных библиотеках. И найти хоть какую-то ерунду можно найти только в городской.
— Ерунду? — переспрашиваю я.
— Именно. Я не нашел здесь еще ни одной достоверной книги о драконах, — поясняет он, перехватывает и ставит на ноги, но не отходит, продолжая придерживать и всматриваться в лицо.
— И что же мне делать? — растерянно спрашиваю, чувствуя, как его пальцы чуть сильнее сжимаются на моей талии, словно он не уверен, что я удержусь на ногах самостоятельно.
— Может, спросить меня? — на мгновение мне кажется, что его зрачки расширяются, заполняя радужку чернотой. Он медленно выдыхает, его дыхание обжигает мою кожу: — Тебе стоит быть осторожнее со своим любопытством, Марика. Особенно когда дело касается драконов.
От его близости кружится голова, воздух становится густым и тяжелым. Это так глупо, так неуместно, но не могу заставить себя пошевелиться. Словно я молодая девчонка, которая не может справиться со своими гормонами… Ах, да… Я и есть девчонка.
Роувард издает какой-то низкий, рокочущий звук, то ли смешок, то ли рычание. А потом неожиданно наклоняется ближе, почти касаясь носом моей щеки:
— И со стремянками тоже, — добавляет он уже более легким тоном, но его глаза все еще темные, опасные. — В следующий раз попроси помощи.
