Дареная истинная. Хозяйка лавки «С огоньком»

Хотя чего я ждала?

Ее случай отличается от всех остальных арестованных: по факту ее не ввели в культ, поэтому на ней нет клятвы, потому допрашивать ее был вызван Ксаррен, еще один дракон. Тот, что умеет видеть истину в глазах. Одного взгляда ему достаточно, чтобы увидеть правду.

Он хоть чуть ниже Варда по росту и уже в плечах, все равно окутан непередаваемой аурой властности. Его глаза тоже синие, как и у Роуварда, однако намного темнее, и я ощущаю, что в их глубине таится такая опасность, от которой по спине бегут мурашки.

Придерживая меч у бедра, он усаживается сбоку от Варда, который выступает на суде в роли обвинителя.

— Вы знали, какая у вас магия? — задает Аурике первый вопрос Роувард.

Она сейчас как никогда выглядит простым нашкодившим ребенком. Но тем, у которого нет совести, нет осознанного понимания добра и зла, только собственный эгоизм, выкрученный на максимум.

— Не знала, как она называется, но умела ею пользоваться, — отвечает Аурика. — Было интересно видеть, как все завидуют, что животные ко мне ластятся. А потом я иногда этих животных стравливала между собой, когда мне было скучно.

Надо же… Похоже, об этой “прекрасной” стороне сестры Марика вообще не знала.

“Какая…”, — впервые слышу от Руди очень некрасивое ругательство. Но я с ним солидарна.

— То есть вы осознанно пошли на обман, когда ваша сестра предложила вам поменяться местами? — задает следующий вопрос Вард, хотя я вижу, что ему приходится прилагать усилия, чтобы оставаться хладнокровным.

— Конечно, — спокойно произносит Аурика. — Кому в здравом уме захочется быть рабыней… какого-то дракона!

Вот вроде она не имеет ко мне никакого отношения, но… почему же ее слова ощущаются ударом хлыста?

— Вашей сестре? — предполагает Вард.

— Она всегда была дурой, — пожимает плечами девушка. — Еще и меня учила тому же. Да если бы не я, она бы там и прожила всю жизнь серой мышкой. А сейчас смотрите, сидит в дорогущем платье, да еще и с мужиком!

Я сглатываю, чувствую, как сжимаются кулаки, и давлю в себе желание вскочить и вцепиться ногтями в лицо этой пигалице. Из-за нее Марика умерла! Да, она этого не знает, но вряд ли это всколыхнуло бы в ней хоть какую-то совесть.

Марика слишком ее оберегала. Да что там! Я сама предпочитала все это время оправдывать ее!

— То есть вы не считаете себя виновной в том, что подставили сестру?

— Нет, — коротко отрезает Аурика. — Если бы не она… Меня бы давно уже удочерили! За мной приезжала семья из столицы, но по закону же сестер нельзя разлучать.