3
0
Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу…
— Ты хотела сказать западных? — переспрашивает Вард.
А, нет… Штирлиц провалился.
— Нет-нет, она хотела нам рассказать кое-что гораздо более интересное, — говорит Рина и с хитрой улыбкой уходит.
— О чем она? — Вард кладет руку мне на щеку, ласково гладит и убирает прядь мне за ухо, внимательно вглядываясь в мои глаза.
— О том, что я хотела давно тебе рассказать, но боялась, — пожимаю плечами я. — Но похоже, конспиратор из меня никакой.
Вард, конечно, обнимает меня, прижимает к себе, но я чувствую его внутреннее напряжение. Не сказать, что я боюсь признаться… Скорее боюсь того, как отреагирует Вард. Но и скрывать уже смысла нет: наши отношения перешагнули за ту грань, где еще есть право на серьезные тайны.
Мы собираемся в столовой, и на мне сосредотачивается внимание нескольких пар глаз. Что мне остается? Отодвигаю немного тарелку и выдыхаю:
— В общем, я не Марика, — говорю я. — Точнее, Марика, но не совсем так, как вы думаете…
На рассказ я трачу едва ли пятнадцать минут, но все это время в столовой стоит тишина. Жаль… Борщ так совсем остынет."
"— То есть… ты не просто так знаешь, как готовить воск? — спрашивает Фридер.
Качаю головой и улыбаюсь. Они приняли все гораздо легче, как будто это для них в порядке вещей. Разве что только Вард смотрит на меня сосредоточенно, как будто пытается заглянуть ко мне в душу.
— Не воск, стеарин, — поправляю я. — Да, это просто часть моих профессиональных знаний. Я, когда первый раз делала, даже не была уверена, что все получится.
— А я все думал, с чего это выпускница приюта такая сообразительная и совсем не зашуганная? — смеется Фридер. — Удивительно. Первый раз о таком слышу.
Он переводит взгляд на Рину. Вард, к слову, тоже. Потому что именно она раскусила меня — значит, она-то точно не первый раз слышит.
Рина трет лоб и тяжело вздыхает.
— Я не первый, да, — произносит она, помешивая борщ ложкой. — Кстати, у твоего борща немного другой вкус. Чуть слаще. Но мне тоже нравится. Я так и не научилась…
— Рина, — это уже Вард.
Его настрой “расколоть” сестру чувствуется не то что в каждом движении, даже просто в дыхании. Он же чувствует, что она мнется и недоговаривает.
— Ладно, — сдается Рина. — Все равно Марику надо будет с ними знакомить.
— С ними? — одновременно восклицают Вард и Фридер.
В их голосах слышится искреннее удивление.
— С женами Нортора и Тардена, — говорит она. — Они тоже готовят вкусные борщи. И если вы их не пробовали — вы многое потеряли. Вот. И вообще! Приятного аппетита!
Становится понятно, что больше из Рины ничего не вытянуть, как минимум в силу ее упрямого характера.
