3
0Граждане имеют право знать правду о том, кто ими управляет!
Поворачиваюсь к толпе:
— Мануфактура по производству артефактов превратилась в производство орудий убийства! Люди исчезают или умирают при загадочных обстоятельствах! А ваш мэр получает за это деньги и покрывает преступников!
Площадь взрывается криками. Кто-то требует немедленного ареста мэра, кто-то кричит, что давно подозревал неладное.
Мэр делает отчаянную попытку:
— Не верьте ему! Он дракон! Они все лгуны и убийцы! Он хочет захватить власть в городе!
— Возможно, я и дракон, — говорю я спокойно. — Но в отличие от вас, я не прячусь за ложью. И у меня есть свидетели каждого моего слова!
Одна из женщин, та,что стоит рядом с Улькой выходит вперед из толпы:
— Мой брат пропал на мануфактуре! — кричит она. — Он рассказывал, что их заставляют делать страшные вещи! А тех, кто отказывается, убивают!
— И мой муж не вернулся с мануфактуры! — вторит ей другая, тоже там рядом.
Еще несколько голосов присоединяются к ним. Люди начинают рассказывать о пропавших родственниках, о странных смертях, о том, что они давно боялись говорить вслух.
Мэр понимает, что проиграл. Его лицо перекашивает ярость.
— Да, я дракон. И я не скрываю этого от вас. В отличие от вашего мэра, который скрывал свои преступления. Теперь выбор за вами — кому доверить судьбу города.
Тишина длится несколько секунд. А потом кто-то из толпы кричит:
— Долой мэра!
И площадь взрывается одобрительными криками. Стоящий рядом со сценой богато одетый седовласый советник из торговой гильдии лишь едва заметно кивает, и на сцену поднимаются местные стражи порядка, довольно быстро подхватывая под руки мэра.
Гриндорк еще пытается сохранить лицо, хотя внутри него страх начинает затапливать едкая ярость.
— Думаешь, победил, дракон? — цедит сквозь зубы он.
Его вряд ли кто-то слышит, кроме меня — слишком шумно. Но эти слова и адресованы именно мне, потому что он знает, что я услышу. И мне это уже не нравится."
"— А есть сомнения? — спокойно спрашиваю я, но Ригель уже начинает рычать.
Делаю знак стражникам, чтобы задержались.
— Я же понял, дракон, что наш подарок тебе пришелся по душе, — с язвительным наслаждением произносит мэр. — Только вот печать на ней не простая, привязанная к месту. Захочешь забрать ее — убьешь. И да… Печать не снять.
Глава 65
Ригель внутри рычит, готовый вырваться наружу, но я заставляю себя сохранить невозмутимое выражение лица. Мэр — еще больший идиот, чем я думал: если бы он сейчас не проболтался, и я утащил бы Марику с собой, то…
А вот теперь я злюсь по-настоящему, потому что больно даже от одной мысли. Не только Ригелю, но и мне.
Резко наклоняюсь к мэру, чувствуя, как в мгновение паника берет верх и… он чуть не обделывается при всем честном народе.
