3
0Вард уничтожил капище орков, и после этого мы несколько лет считали его погибшим, знаешь почему? Он там потерял дракона.
Так вот, что имел в виду Роувард, когда говорил, что у него нет дракона.
— Как это может быть? И почему он так долго скрывался?
— Так бывает, когда дракон отдает слишком много сил и магии, — отвечает Рина. — А скрывался… Понимаешь, для него потеря дракона — это потеря половины себя. Варда хоть и уговорили выйти из затворничества, он все еще не пережил эту утрату. И… я не знаю, переживет ли.
Сложно. Как же это сложно понять! Но…"
"— Знаешь, а я ведь читала… — беру эту книгу в руки и задумчиво провожу по обложке. — Тут.
— Красивая книга, — произносит Рина. — О чем она?
Удивленно смотрю на девушку:
— В смысле?
— А на каком языке она? Это же не язык Скольахии? Его я немного знаю.
Рина смотрит на меня без иронии, совершенно искренне. Неужели действительно не может прочитать? Но как тогда могла его понять я? Марика знала только скольахский…
— Уже поздно, — улыбается Рина. — Расскажешь мне потом?
Киваю, а мысли разбегаются, поэтому не останавливаю девушку, когда она уходит спать. Я снова погружаюсь в легенды и сказки, которые увлекают все сильнее. А мне потом всю ночь снятся бескрайние горные просторы с глубокими ущельями и зелеными долинами, быстрые полеты и бездонные небеса с чужими звездами.
Три дня Роувард почти не разговаривает со мной. Он умудряется договориться, и они теперь вместе с Фридером снова отправляются на мануфактуру. Рина занимается домом, и Улька, кажется, теперь с восхищением смотрит не только на меня: ее тоже заражает неуемная энергия кузины Роуварда.
И только по вечерам мы собираемся в столовой, чтобы обсудить прошедший день и понять, что информация собирается очень медленно. Рина препирается с Фридером, и это иногда доходит до смешного.
Кстати, за ужином к нам теперь еще присоединяется Руди, который тоже нашел общий язык с Риной и переговаривается с ней через Роуварда. Удивительно, но дракон не возражает, а мне время от времени приходится сдерживать смех, потому что “перевод” Роуварда далеко не всегда соответствует тому, что говорил совенок.
На четвертый я, наконец-то, получаю нужный результат с мятой и лавандой. Мне приходится применить чуть-чуть магии, но какое-то подобие эфирного масла мне нравится. Так что пришло время экспериментов!
Проверяю все формы, протирая их и, как назло, опять обрезаюсь об край той же формы. Раздраженно зажимаю рану, пока ищу хоть что-то, чем можно перебинтоваться. Надо бы придумать, что с ней делать.
В прошлый раз со мной был Роувард. В этот раз мне приходится справляться самой, что немного тормозит работу. Ничего! Главное — энтузиазм.
