7
0И есть у нас собака Мафи, шкодница-негодница, она готова в любой момент удрать со двора и носиться, задрав хвост, по поселку. Поймать ее – проблема. Надо как-то убедить Дегтярева найти место в городе. Вернее, нужно уговорить его согласиться на тот вариант, который нарою я.
– Стойте! – закричал Паша. – Я еду с вами.
Я притормозила и оглянулась:
– Извини, я не в город.
– Я не собирался в Москву, – сказал отпрыск Ильи.
– Направляюсь в Ложкино, – продолжала я, – если нам по пути, то я тебя подвезу.
– Конечно, по пути, – обрадовался Павел. – Можете полчасика подождать? Надо кое-что сложить!
– Хотите уехать жить в другое место? – уточнил Собачкин.
– А вам в кайф оставаться там, где жрать нечего? – скорчил гримасу недоросль и ушел.
Сеня почесал макушку:
– Дашута, я поехал смотреть офис. Жду тебя.
Я села в холле в кресло.
– Найди Илью и Анастасию.
– Ладно, – пообещал приятель, – небось они воспользовались самолетом. Все пассажиры регистрируются, найду, куда они улетели, скорей всего, рванули за границу. Просмотрю там дорогие отели, сомнительно, что супруги поселились в хостеле. Ну я пошел.
Я зевнула, начала засыпать, и тут меня весьма грубо потрясли. Глаза открылись, у кресла стоял Павел.
– Поехали скорей, тут очень плохо, – пожаловался он, – я есть хочу!
Я посмотрела на три громадных чемодана, которые возвышались около парня.
– Это твои?
– А чьи еще? – скривился Павел. – Вот любят женщины задавать глупые вопросы.
Я решила не реагировать на грубые слова:
– У меня небольшой багажник.
Павел захихикал:
– У вас нет багажника, но он есть в вашей машине.
Замечание справедливое, но мне стало неприятно.
– Есть заднее сиденье, – продолжал Павел, – неохота в эту жуть возвращаться. Я взял вещи самой первой необходимости.
Я еще раз окинула взглядом три огромных чемодана. Однако у юноши немало «первого необходимого».
Удивительно, но его багаж влез в мою «букашку», я села за руль.
– Где тебя высадить?
Павел молча показал рукой на дорогу. Я поехала по направлению к Ложкину. Сначала подумала, что друзья, которые собрались приютить недоросля, живут в поселках Вилкино или Тарелкино. У жителей поселений своеобразное чувство юмора. Кстати, рядом есть еще Чашкино и Ножкино. Но младший Комаров не проронил ни слова, когда я ехала мимо поселков. Мне пришло в голову, что надо высадить его в деревне Опушкино, но и ее мы миновали молча и в конце концов очутились у шлагбаума Ложкина.
– Тебе сюда? – не выдержала я.
– А вам куда? – поинтересовался юноша.
– Я живу здесь.
– Ну так и мне туда же, – высказался Паша.
И лишь тогда меня осенило.
– Объясни, к кому ты едешь?
– К вам! – буркнул студент.
Я опешила, а парень продолжал:
– У меня нет денег. Не могу же я остаться в доме, где нет прислуги.
