Годовой абонемент на тот свет

А уж в те далекие времена я нуждался в восхищении больше Нарцисса."

"Понятное дело, я заговорил с незнакомкой, пригласил ее в парк погулять, купил мороженое. Нехитрые такие развлечения советских лет для бедных студентов. Я был нищий, но с квартирой, что по тем временам необычайная редкость. И не абы какая однушка была у меня, а просторная трешка. Мне она от крестного досталась, ветерана войны, генерала, уважаемого человека. Он одиноким был, без семьи, всегда говорил: «Влюбишься непременно, от чувств жениться задумаешь. И что? У супруги мама-папа, братья-сестры, родня всякая. Ребенка она родит, все бабы на младенцах свихнуты. Опомниться не успеешь, как превратишься в ломового жеребца, попрешь семьищу на плечах, да еще тещу на закорки взвалишь. Работать будешь с утра до ночи, на себя денег не хватит, весь доход чужие голодные рты сожрут. Женек! Не спеши себе на спину груз взваливать, не валяй дурака. Погуляй вволю». А потом его болезнь в кровать уложила, ухаживать за ним было некому. Я у него поселился. Матвей Иванович решил крестника за помощь отблагодарить, прописал у себя, потом пай кооперативной квартиры на меня перевел. Наследников у него не было, не отдавать же кооператив государству. И стал я обладателем королевских апартаментов. Один в трех комнатах! Мать меня не хотела отпускать в Москву, справедливо полагала, что сын-студент без присмотра в отрыв уйдет. Она предложила хоромы сдавать, давила на меня. Мама умеет даже сейчас на своем настоять, а тогда и подавно. Но у Ани, моей сестры, возникла аллергия на запах краски, рисовал-то я дома. И я получил «добро» на переезд в столицу. К чему мой долгий рассказ? Не устраивались мы с Зиной в подъезде на последнем этаже на подоконнике. В комфорте в постели время проводили. Не подумайте, что я соблазнил невинную девушку. У любовницы опыт был. С кем она ранее время проводила? Не знаю. Не спрашивал, не интересовало меня это. В постели Зина ни с кем не сравнима. Огонь! Ни до нее, ни после не встречал никогда никого, даже отдаленно так любящего секс, как Зинаида. Она о себе ничего не рассказывала, а я не расспрашивал. И в мою жизнь любовница не лезла, не интересовалась: что с кем у меня до нее было. Я ей сразу честно сказал: «Женитьба в мои планы не входит». Она улыбнулась: «Наши желания совпадают. Я тебя как мужа не рассматриваю». Я в те годы был беден, полагал, что и у Зины пустой карман. Она всегда была скромно одета, часто в одной и той же одежде появлялась. Отношения без обязательств нас устраивали. Страстные любовники, мы стали еще и друзьями. Бегали в кино, гуляли, часто и долго беседовали на кухне. Я понял, что мы очень похожи. Если бы я родился девушкой, быть бы мне как Зина. Года полтора у нас все вертелось, потом Зина сказала:

– Женек! Я замужем.