6
0Метнув последний, горящий ненавистью взгляд на обоих, закутался в мантию и вышел с площадки в коридор.
— Гарри Поттер освободил Добби! — пронзительно завопил эльф, зачарованно глядя на Гарри. Его круглые глазищи сияли в лунном свете, лившемся из ближайшего окна. — Гарри Поттер освободил Добби!
— Это все, что я смог, Добби, — улыбнулся Гарри. — Но обещай: ты больше никогда не будешь спасать мне жизнь.
Уродливое землистое лицо домовика расплылось в широкой, во весь рот, улыбке. Гарри смотрел, как он трясущимися руками натягивает его носок, и вдруг кое-что вспомнил.
— У меня есть один вопрос… Ты мне тогда сказал, что грозящая мне опасность не связана с Тем-Кого-Нельзя-Называть, помнишь? Ну а что вышло?
— Так это же был ключ, сэр, — ответил Добби, еще больше округлив глаза, как будто речь шла о самоочевидных вещах. — Добби вам намекнул. Ведь раньше-то Темного Лорда спокойно называли по имени. Это уж потом, когда он придумал себе новое имя, стало нельзя. Понятно?
— Понятно, — не очень уверенно согласился Гарри. — Ну, ладно, я, пожалуй, пойду. Там внизу празднуют… да и Гермиона вот-вот очнется…
Добби обхватил Гарри тонкими ручками и крепко обнял.
— Гарри Поттер еще более велик, чем думал Добби, — воскликнул он с рыданием. — Прощай, Гарри Поттер!
И с громовым треском, похожим на прощальный залп салюта, Добби исчез.
* * *Гарри бывал в Хогвартсе уже на нескольких праздниках, но никогда еще ничего подобного не видел: многие были в пижамах, а торжество растянулось на целую ночь. И сколько же радости эта ночь принесла ему! Гермиона кинулась к нему с восторженным криком: «Ты победил, Гарри!» Джастин тоже выскочил из-за стола, долго тряс его руку, бесконечно извиняясь за свои подозрения.
А в половине четвертого внезапно появился Хагрид и с таким жаром хлопнул Гарри и Рона по плечам, что те ткнулись носом в тарелки с бисквитом со взбитыми сливками. Вслед за этим профессор Макгонагалл сообщила, что по случаю столь отрадных событий дирекция сочла возможным отменить годовые экзамены («Как жаль!» — огорчилась Гермиона), и прибавила, что четыре сотни баллов, полученные Гарри и Роном, обеспечили Гриффиндору Кубок школы еще на один год. А тут еще Дамблдор объявил, что, к сожалению, профессор Локонс не будет больше преподавать защиту от темных искусств, он потерял память и едет лечиться — ликование школьников разделили и несколько профессоров.
— Вот жалость, — проворчал Рон, уплетая пончик с джемом. — Он только-только начал мне нравиться…
* * *Остаток семестра растворился в ослепительном солнечном сиянии. Хогвартс постепенно вернулся к своим обычным будням — правда, с небольшими изменениями.
