Фейсконтроль на главную роль

– Очень крупные бумажки, – нашлась Ника, – мне на кино столько не надо.

– Разменяй в метро, – посоветовала Скавронская.

Ника с пылающими от стыда щеками заплакала.

– Голова болит? – заботливо осведомилась бабушка. – Пойди на кухню, Майя тебе чайку нальет. Или ты сестру видеть не хочешь?

Ника кивнула.

– Будь по-твоему, – согласилась Софья и ушла.

Вероника осталась в комнате. У нее и впрямь заломило в висках, пришлось лечь на диван.

Глава 13

С того дня Майя перестала приходить к ним в гости. Она не звонила и по телефону. Общается ли Софья с ней, Ника не знала.

Когда Вероника пришла в морг, около скромного гроба, обитого красным ситцем, уже стояла Майя.

– Привет, – тихо сказала Вероника.

– Здравствуй, – как всегда приветливо отозвалась Майя. – Разрешишь проститься с бабушкой?

– Конечно, – кивнула Ника.

Майя наклонилась к гробу, поцеловала Софью в лоб, приподняла простынку и вдруг сказала:

– Куту: Это же не ты сделала?

– Что? – не поняла Ника.

Майя промолчала, вынула из своей сумки шикарную, белую с золотом ткань, и накрыла ею тело Софьи до шеи.

– Не будешь против? – тихо спросила она у Ники. – Обряд такой, покрывало заговорено, оно поможет бабушке перейти в лучший мир.

– Пропуск в рай, – неожиданно съехидничала Вероника и осеклась, поняв неуместность своего поведения: стоит у гроба Софьи и ёрничает.

– Да, – миролюбиво согласилась Майя, – но снимать его не надо, иначе злые силы завладеют душой. Кто еще придет проститься?

– Бабушка не имела близких друзей, – пробормотала Ника.

– Давай попросим крышку гроба тут закрыть, – предложила Майя, – чтобы покрывало не сдвинулось.

Вероника, удивляясь себе, послушалась, и домовину заколотили в морге:

– И где Майя сейчас? – вскочила я.

Ника смяла пустую пачку из-под сигарет.

– Не знаю.

– А какая у нее фамилия?

Хозяйка квартиры встала."

"– Если она не вышла замуж и не поменяла паспорт, то осталась Водкиной, мой отец признал девочку от любовницы. Водкина Майя Кирилловна. Отвратительно звучит! Хорошо, что в нашей семье существовала традиция не изменять фамилию Скавронская. Даже дети, рожденные в законном браке, сохраняли ее, иначе б я тоже была Водкиной. Ну и гадость!

– Может, ты знаешь адрес Майи? – не успокаивалась я.

Ника поднялась с дивана, подошла к буфету, достала из ящика растрепанную записную книжку, полистала ее и с видимой неохотой сказала:

– Переулок Конопольского, дом восемь. Но, ей-богу, я понятия не имею, там ли она. Мы не общались много лет, и я не собираюсь заводить с Майей дружбу.

Попрощавшись с Вероникой, я спустилась в машину и взяла в руки атлас Москвы.

Вокруг Лаврентьевых сгущается чертовщина. Естественно, я не верю ни в какие эликсиры бессмертия.