Фейсконтроль на главную роль

– Я очень люблю свою работу и готова пахать для хороших людей, – с жаром заявила Кара. – Мы с Александром Михайловичем родственные души, жаль, что никто ему про меня не рассказал.

– Едва полковник вернется из Питера, я непременно исправлю сию несправедливость, – пообещала я.

Карина слегка покраснела.

– Спасибо. Позвоню вам, когда Танюха лоскут обработает.

Я села в свою машину и набрала номер Вероники Скавронской. Карина оказалась очень старательной: добыла адрес, телефон, даже приписала внизу «внучка портниха, работает дома». Александру Михайловичу нужны такие сотрудники.

И что плохого, если Кара понравится полковнику? Хватит толстяку жить бобылем, с коллегой по работе у него найдется много общих тем для бесед. Глядишь, и дети у них родятся…

Перед моим взором возникло видение. В гостиной на диване лежит Дегтярев, его лицо прикрыто газетой, из-под нее раздается мощный храп, а вокруг носятся с визгом малыши – крохотные, толстые лысые мальчишки. Один галопирует на Банди, второй оседлал Снапа, третий тискает Хуча, четвертый пытается скрутить в узел старуху Черри. Кошки залезли на книжные полки, забившись под потолок, одна йоркшириха Жюли с лаем кружит по комнате.

Ее острых, словно иголки, зубов сыночки полковника должны побаиваться.

Я потрясла головой. Может, не стоит заботиться о личном счастье Александра Михайловича? В принципе, ему и сейчас хорошо…

– Слушаю, – прозвучало в трубке нежное сопрано.

Я вернулась к реальности:

– Позовите Веронику Скавронскую.

– Я у телефона.

– Очень приятно, ваш номер мне дала… э… Ольга Воронцова. Помните такую?

– Нет, – ответила внучка колдуньи.

Я обрадовалась – тест на честность дама выдержала.

Могла ведь, чтобы заполучить клиентку, защебетать: «Олечку? Конечно, помню. Мы сто лет знакомы!»

– У меня много клиентов, – продолжала тем временем Скавронская. – А что вы хотели?

– Платье сшить.

– Извините, я сейчас занята.

– Еще костюм, брюки, плащ и пальто для дочери, – я решила соблазнить портниху большим заказом. – Вещи понадобятся только к осени. Я завтра улетаю, вернусь в сентябре. Давайте, вы снимете мерки, мы выберем фасон, я оплачу работу и буду спокойна.

– Ладно, – согласилась Вероника.

– Так я еду?

– Хорошо, – подтвердила Скавронская.

 – Адрес знаете?

Дом, где уже много лет жили Скавронские, походил на океанский лайнер – серый, громоздкий, монументальный, с овальными окнами. Наверное, жильцы, делавшие так называемый евроремонт, разорились на нестандартных стеклопакетах. В просторном подъезде за столом дремал древний дед.

– Вы куда? – встрепенулся он, услыхав мои шаги.

– К Скавронской, – ответила я.

Старичок побагровел.

– К Софье?

– К Веронике, – уточнила я.

– Зачем? – не успокаивался охранник.

– В гости.