– Вовсе нет! Я не знала всех подробностей, но почуяла неладное и стала искать тетку, которая изображала привидение. Кстати, маленький штришок! Обычно Эрик надувался, когда его «лекции» не слушали или спорили с ним. Когда он стал нам рассказывать про привидение со склянкой, я и Арина все время его прерывали. Но профессор не полез в бутылку, поломался чуть-чуть и продолжил рассказ, что нехарактерно для него. А еще я поняла, почему Эрик в середине нашей беседы неожиданно распахнул окно – он дал сигнал сообщнице. Кстати, розовое платье! Это прикол: если капнуть водой на определенную пуговицу лифа, наряд вспыхнет как фейерверк.
– Все верно, за исключением одного: историю с мизинцем придумала Арина, – уточнил полковник. – Ни Эрик, ни Нина о муляже понятия не имели.
Я разинула рот.
– Арина?
– Ага. Она же потом засунула вонючие лохмотья в шкаф Аллы в раздевалке парикмахерской. Хотела, чтобы одежду нашли, поэтому обрызгала ее дерьмом. В прямом смысле этого слова.
– Зачем?
Дегтярев вытащил из стола маленький электрический чайник, включил его и опасливо глянул на дверь.
– У Лаврентьевых был договор: они устраивают шоу, продают «Летопись» и разбегаются. Эрик и Нина не разводятся, просто разъезжаются. Арина строит свою судьбу отдельно от родичей. Профессор потратил не один месяц на создание поддельной летописи.
– Где?"
"– В архивах, – вздохнул Дегтярев. – Эрика везде знали и уважали как исследователя. Он мог получить из хранилища любые документы. Более того, кое-где его пускали в фонды. Профессор сделал несколько интересных находок, отрыл никем не учтенные рукописи. Он наткнулся на документ, который после некоторых доработок мог сойти за таинственную «Летопись».









