Фальшивый друг, настоящий враг

– Анжела сама решит, стоит ли ей вас выслушать, а пока что я постараюсь вам обоим все кратко и доходчиво объяснить, – проговорила я, намеренно проигнорировав все упреки об обнаруженном «жучке». Услышав это, Владимир инстинктивно спрятал в карман только что освобожденную от моего захвата руку, а Давид вздрогнул и вжал голову в плечи, отчего его огромные солнечные очки съехали набок, и я увидела огромный фиолетово-желтый синяк, украсивший всю область вокруг его левого глаза.

– Похоже, придется подчиниться, раз хозяйка квартиры явно не скажет и слова без вашего одобрения. – Карманов бросил укоризненный взгляд на дверь комнаты, где скрылась Анжела. – Я вас слушаю. – И Владимир устало опустился на бортик кресла у двери.

– Как вы уже, должно быть, выяснили, я – телохранитель. Анжела наняла меня, потому что всерьез опасается за свою жизнь. Я не стану вдаваться в детали, но уверяю вас: я не допущу, чтобы планы преступника реализовались! Равно как постараюсь поспособствовать его разоблачению и последующему – суровому, надеюсь, – наказанию этого нехорошего человека. – Я замолчала.

– Это все? – выждав с минуту, недоверчиво уточнил Владимир.

– Да, а что вас настораживает?

– Многое, – неопределенно протянул Давид, но его перебил Владимир, буквально подскочив в кресле:

– Все! Вы так спокойно говорите о таких страшных вещах?! Я никуда не уйду, пока не узнаю, что происходит в жизни моей возлюбленной! – с твердостью и непоколебимой уверенностью в голосе сообщил он. – Если, конечно, в ваших словах есть хоть доля правды. Хотя у меня возникают некоторые сомнения, что вы все несколько преувеличили, чтобы, например, набить себе цену…

– То есть вы думаете, что я ради гонорара стращаю несчастную Анжелу мнимыми угрозами?! – с саркастическим смешком уточнила я.

– А кто мне запретит так думать? Доказательств ведь вы, милая Евгения, нам не представили, – нагло ухмыльнулся Карманов в ответ.

Я не собиралась поддаваться на провокацию, так как подобное недоверие, увы, часто встречается в моей работе, но и ответить ему не успела.

– Да как ты смеешь?! – вдруг вылетела из комнаты разъяренная до предела Анжела и накинулась на него с кулаками. Я хотела было оттащить ее, но, заметив, что Карманов стойко и терпеливо выносит бесчисленные удары ее маленьких кулачков, решила до поры не вмешиваться. – Ты, ты… как ты мог, после всего… – Анжела захлебывалась рыданиями. – Я же поверила тебе, я думала, что ты любишь меня!..

– А я и люблю. – Он попытался удержать ее руки и заглянуть ей в лицо, но она была словно ослеплена яростью.

– Убирайся, убирайся из моего дома! – Она отскочила от него так же резко, как и набросилась. – И ты! – почти выплюнула она в лицо Давиду.