4
0Подъезжайте к трем часам, обсудим детали за обедом, – говорила тем временем в трубку Лютаева.
Я быстро предложила Давиду:
– А вот ланч – это можно, тем более что и идти далеко не надо, мы же в ресторане.
Он несколько неуверенно кивнул:
– Может, все же не здесь, ведь я, да и вы, на работе, мы не сможем… э… расслабиться, – интимно добавил он.
– Сможем. – Я обольстительно ему улыбнулась, прекрасно понимая, что Давид «не сможет расслабиться» вовсе не из-за места работы, а под гневными и горестными взглядами соблазненных им прежде официанток.
– Что ж, здесь так здесь, – смиренно выдавил он. – А… в котором часу?
– Около трех, – решила я, услышав повторные уверения Анжелы в адрес невидимого Петра Вениаминовича, что они вскоре встретятся и за неспешной трапезой утрясут все вопросы относительно организации банкета. Сие мероприятие намечалось на день свадьбы этого господина."
"Так, значит, и Анжела будет у меня на глазах, и с Давидом посекретничаю. Точнее, попробую выяснить хоть что-то о нем и понять, в каком русле вести дальнейшее расследование. Да и поведение официанток, наблюдающих наш флирт, возможно, подскажет мне кое-что новое, хотя на это я особо не рассчитывала. Вряд ли Давид посвящает любовниц в свои планы. Мужчины, подобные Давиду, используют женщин сугубо в бытовых и, как ни жутко это звучит, интимных целях, но отнюдь не расценивают нас как равных. Поэтому дружба Бардадзе с Лютаевой – скорее, редкое исключение, нежели типичный случай. И все же я надеялась, что идея с совместным обедом принесет свои плоды. Давиду для чего-то нужны деньги, но, судя по его поведению, сам он никогда ничего не расскажет. Поэтому мне следовало действовать оперативно. Версий у меня имелось несколько, отработка каждой требовала времени, и этот обед был лишь частью моего плана.
Глава 4
Охранять Анжелу на рабочем месте, надо сказать, оказалось весьма необременительным занятием. Оно было необычайно приятно скрашено потрясающей выпечкой, которую нам неустанно приносили от шеф-повара. В этот день он предлагал на суд директрисы свои новые мучные творения, а я, в силу того, что все время находилась рядом с Анжелой, была вынуждена разделить с нею обязанности дегустатора. Что уж тут скрывать, эти издержки профессии были мне особенно по сердцу. О своей фигуре я совершенно не беспокоилась: мое годами тренированное, да еще и от природы не склонное к излишней полноте тело никак не реагировало на избыточные калории, тем более, что такие пиршества я себе позволяла крайне редко. Поэтому роптания по поводу лишнего веса, которые я особенно часто адресую моей тетушке, были, скорее, обычным дамским кокетством с моей стороны, нежели реальными опасениями.
