10
0
Я смотрю на него ошеломлённым взглядом. Откуда он всё это знает?
«Боже, Адалин, приди в себя, сколько таких, как я, проходит через его кабинет? Ему достаточно одного взгляда, чтобы прочесть меня».
— Но … зачем вам такие подробности?
— Для своей личной коллекции.
— Что? — обескураженно хлопаю ресницами, чувствую, как печёт щёки.
Мужчина меряет меня пристальным и бесконечно долгим взглядом, а во мне вновь рождаются сомнения, что он всё-таки узнал меня.
— Вы писать будете? Или вам не нужна ваша усадьба?
Всё звучит и обстоит слишком двусмысленно, так что я теряюсь, стоит ли делать, что он говорит?
Да с чего вдруг я решила, что он запомнил меня?!
Я смотрю на идеально красивое мужественное лицо, сильное безупречное тело и понимаю, что таких, как я, нуждающихся в помощи, наверняка у него бесчисленное количество.
Больше не думая, беру перо и макаю его в чернила.
Глава 2
Фоэрт Кан
Взял старое заявление и демонстративно начал размахивать им в воздухе.
— С таким постулатом только научную теорию доказывать, — смял в комок и выбросил в урну. — Пишите уже, — поторапливаю удивлённую леди.
Молча кивает и берётся за перо.
Даже не верится, что она едва не грохнулась в обморок в моём присутствии. Настолько впечатлилась мной? Так разволновалась, что дело будет вести другой законник?
Впрочем, я об этом сразу забываю, когда наблюдаю, как длинные изогнутые ресницы опускаются, пряча в туманно-голубых глазах появившуюся растерянность. Непонятное смутное чувство тяжелеет горячим осадком в груди. На миг кажется, что в этой женщине есть что-то неуловимо знакомое. Может, я встречал её когда-то ранее, или нет?
Или да?
Склоняю голову, прищуриваю взгляд, продолжаю разглядывать её более пристально.
С родом Ридвон я если и пересекался, то только на совместных торжествах. Я помню всех в лицо, но они всё реже появлялись на людях из-за банкротства.
«Торжествах…»
Будто откуда-то из глубины раздаётся музыка и…
На губы сама по себе наползает улыбка. Это был маскарад во дворце О-Деверс. Было в тёмном углу, за тяжёлыми балдахинами, под шум празднующих и музыки. Её лицо скрывала чёрная маска из кружева. Были лишь ощущения… чувствовал жаркие нежные губы, гибкие бёдра, обнимал узкую талию, ощущал шёлк волос.
И это она?
Ридвон сосредоточенно пишет новое заявление, но я замечаю, как подрагивают её пальцы под моим пристальным взглядом. Адалин Ридвон… Знатная на тот момент аристократка, которая не смогла противостоять моему напору и сохранить свою невинность?
Ридвон заканчивает и откладывает перо, продолжая упорно избегать моего взгляда. Я беру у неё лист и кладу в папку.
— И что теперь? — спрашивает неожиданно и решительно.
