5
0
А если не найдут, укажу…
В конце концов, я здесь для того, чтоб блюсти интересы своего нового короля. И интересы своего названного брата Ежи. И интересы своей женщины, своей самки, своих щенят…
Но, самое главное, что во всем этом есть одно общее.
Все это — мой, волчий интерес…
И я, как всегда, не считаю нужным его ограничивать…
Эпилог
Эпилог
— Итак, задаю вопрос еще раз… — его величество король Севера Иллар Второй, грозно хмурит брови и изо всех сил пытается сделать мрачное, угрожающее даже лицо. Обычно получается, на придворных проверено многократно за пять лет правления, но здесь, похоже, будет оглушительное фиаско. В очередной раз…
А все почему? А все потому, что кровь… Кровь — она такая… Никуда не денется…"
"Он смотрит на двух совершенно одинаковых мальчишек, черноволосых, смуглых, в отца, чтоб ему блохи в жаркий день посильнее докучали, светлоглазых, невероятно симпатичных… Это уже в его, Иллара, породу… Смотрит и в который раз ловит себя на мысли, что хочет таких же… Вот прямо таких же. Веселых, озорных хулиганов, с невероятно подкупающими улыбками… Это — прямо в него, в Иллара, тут без вариантов…
В этот момент очень хочется бросить все, забыть про важные государственные дела, про миллион вопросов, которыми его каждый день атакуют придворные, и пропасть на пару дней, а то и недель здесь, в Летнем дворце, где с детства каждый куст знаком. Сестра так и не добралась, чтоб что-то поменять за эти пять лет, и теперь старые стены Летнего дворца — это уже не только его детство. А еще и их, этих смешных четырехлеток.
Совершенно одинаковых, Иллар до сих пор различать толком не научился. Да что там Иллар! Они и мать, бывает, путают! Только их отец, Волк теперь уже не императора, а короля, может отличить мальчишек. По запаху, наверно, зверюга блохастая…
Братья одинаково шмыгают носами, одинаково смотрят исподлобья острыми, озорными взгялдами и, поняв, что дядя опять отвлекся на их разглядывание и различение, тут же принимаются одинаково улыбаться. Прекрасно уже осознавая в свои четрые года, насколько эти улыбки делают окружающих безоружными перед ними…
Даже у Иллара, за столько лет постоянных проказ заработавшего иммунитет к природному очарованию засранцев, что-то внутри екает, и губы сами расползаются в такой же, как и у племянников, обезоруживающей улыбке…
Он ловит себя на этом, тут же вспоминает, кто у нас здесь взрослый, умудренный опытом правитель, а кто мелкие шкодники, в очредной раз поставившие на уши весь дворец.
