7
0А я смотрю в его глаза, и ощущаю опять головокружение. И совсем не от перемены положения или последствий того вкусного, но крайне коварного напитка, который все еще бурлит в крови.
Нет, я лечу в бездну жестких волчьих глаз без каких-либо сдерживающих оков, без посторонней помощи. Таю так, что колени подламываются. Он такой серьезный, такой… Такой…
Единый… Как же я так? Он же… Он же в самом деле только играет… А я? Как же я?..
— Зачем ты так со мной, Волк? — шепчу ему тихо-тихо, понимая, что он все равно ничего не поймет, слишком грубая душевная организация. Но не могу молчать, сил нет больше, — я же живая… Отпусти…
Он хмурится, темные брови съезжаются к переносице, глаза мрачно сверкают, а губы раздвигает зловещая усмешка. И камнем падает его ответ:
— Нет.
Это слово придавливает меня, даже дышать становится невозможно. Смотрю на него, не замечая, как слезы льются из глаз, силюсь отыскать в склоненном лице хоть немного сочувствия… Да, Единый, просто чувства! Любого!
Но нет! Ничего, кроме желания обладать, страсти, похоти, злорадства и раздражения, что приходится со мной возится…
Никому я не нужна… Никто не думает о том, насколько мне сейчас плохо, насколько одиноко… Мэсси далеко… Лар — совсем ребенок… Никто не знает, что со мной происходит, в какую ловушку я угодила… По своей глупости…
От осознания собственного жуткого одиночества становится настолько плохо, что слезы сменяются сдавленными рыданиями.
Пытаюсь спрятать лицо в ладонях, скрыться, но Волк , выругавшись, не позволяет даже этого!"
"— Да оставь ты меня хоть ненадолго! — кричу я, не в силах сдерживаться, ощущая, как несет вихрем эмоций, таких ненужных, позорных для леди, для принцессы. Но я же тоже человек! Я же живая! Зачем он так со мной? — Зачем ты так со мной?
Я еще что-то говорю, сбивчиво, глотая слова, слезы, горько оплакивая себя, свою жизнь, такую сложную, такую неустроенную, и не замечаю, что меня опять несут. Но не так, как до этого, на плече, словно добычу, а прижав к груди, аккуратно и осторожно даже.
Осознав новизну положения, изо всех сил бью его по щеке, потом по груди, потом выдыхаюсь, краткий всплеск энергии пропадает, и дальше Волк несет меня уже в полубессознательном состоянии.
Слепо смотрю в темное небо над нами, слышу отчетливый хруст камней под ногами Волка, шелест листьев в парке, отдаленное уханье ночной птицы, стук сердца моего пленителя, мерный, тяжелый. Убаюкивающий…
Я знаю, что несет он меня не в мою комнату, а к себе. И знаю, что там будет… И пусть. В конце концов, я пока ему нужна… Хотя бы в таком качестве… Это грустно до боли в сердце, но с другой стороны…
А что с другой стороны?
Ничего.
Мы придем к нему в комнату, Волк положит меня на кровать и начнет неторопливо снимать одежду… А я буду смотреть на него.
