Его единственная

Хоть все их отдай, я все равно никуда не денусь. Для меня важны только вы с Димоном. А на булку с маслом я всегда заработаю, — добавил он резко. — Разводись побыстрее, Юль. Тебе нет нужды в офисе до глубокой ночи сидеть.

— Если ты будешь рядом, я согласна там ночевать, — улыбнулась она, смаргивая слезы. — Мне нужно придумать, как расстаться с Сашкой по-хорошему. Я даже временами боюсь его.

— Он обидел тебя? — прорычал Крепс, заглядывая ей в глаза.

— Угрожает, — поморщилась Юлька, краешком батистового платка вытирая уголки глаз. — Говорит, что меня легче грохнуть.

— Пусть эта гнида только приблизится, я его в узел свяжу и скажу, что так и было. Поехали ко мне, Юль, я соскучился невыносимо, — хрипло предложил он, в глубине души опасаясь ее отказа.

— А давай! — подмигнула Юлька. — Я тоже соскучилась, Дим!

— Нам нужно купить кольца, — настойчиво прошептал Крепс ей на ухо. — Пусть до штампа в паспорте пока далеко, но я хочу скрепить наш союз, — заявил он сурово и признался нехотя. — Юль, я мало что понимаю в украшениях. Не знаю, какой у тебя размер пальца. Но считаю, что обменяться кольцами — это хорошая идея для двух недоумков, чуть не профукавших свое счастье, — пробурчал тихо."

"— Ты прав, — кивнула Юлька, осторожно утирая слезы. — Штамп — всего лишь формальность. У Картье есть серия Лав, как раз для таких, как мы.

— Отлично, — рыкнул Блинников. — Говори, куда идти…

И сейчас, сжимая ладошку Юльки, он чувствовал тепло золотого ободка, украшенного винтами из бриллиантов. Дима покосился на свое, такое же. Из всех драгоценностей мира он бы предпочел только это кольцо. Бесценное и лаконичное.

— О чем задумался? — спросила Юля, слегка толкнув Блинникова локтем в бок. Лишь на мгновение посмотрела на сына, подбежавшего к другим детям, и снова воззрилась на него счастливым взглядом.

— Вспомнил, как мы обменивались кольцами у меня на квартире, — довольно хмыкнул Дима.

— Голые и голодные, — рассмеялась она. — Хотелось ужасно есть, а еще больше — заниматься любовью.

— Хорошо хоть пицца задерживалась, а то бы посыльный застал нас в коридоре…

— Молчи, — облизнулась она. — Для меня тот день очень много значит. Наш самый первый день вместе. Помнишь, как ели холодную пиццу, потом варили пельмени?

— А у тебя трезвонил сотовый, и я чуть его не выкинул с балкона…

— Мне некогда было его отключать, — хмыкнула она, вспомнив, как скакала на Блинникове верхом. А он, сжав ее бедра ладонями, задавал нужный темп. А потом вместе принимали ванну, ели прямо из банки кильку томате и целовались. От воспоминаний у Юльки защемило в груди. — Так хочется послать всех лесом и с тобой и Димулькой уехать куда-нибудь, — призналась она Крепсу.

— Хочешь, к матери съездим или на эту твою Гарду? — предложил он, обнимая ее.