Его единственная

Как дальше жить? Что делать? Вернусь ли я в бизнес? А если нет, чем буду заниматься?

— Ну, ты богатенькая буратинка, — огрызнулся Дима. — Придумаешь что — нибудь.

— Да, — согласилась Юлька. — Если только смогу противостоять мужу. А он товарищ психованный. Может и прихлопнуть как муху.

— Это еще почему? — напрягся Блинников. — Где ты ему дорогу перешла?

— Деньги, Димочка, — вздохнула она. — Большие деньги. Они обычно на два не делятся. Он хочет забрать все. А я должна жизнь положить ради безопасности его бабок. Мне это не интересно. Для себя пожить хочется. У меня ребенок, мне его поднимать надо.

— Избавь меня от своих раскладов, — скривился Блинников. — Твои деньги, бизнес и прочая лабуда меня не касаются. Только сын, Юля. И я надеюсь, мы решим этот вопрос мирно.

— А свою докторшу куда денешь, Блинников? Она, наверное, любит тебя.

— Мы с тобой поженимся, — пробурчал он. — С Аленой я расстанусь. Ты разведешься с Янычем. Построим семью…

— Вроде, тебя в задницу ранили, а не в голову, — перебила она, криво усмехнувшись. Добавило зло. — Уходи.

— В бедро, Юля, а не в задницу. Запомни, — протянул руку он и снова обнял ее. — Нам нужно подружиться, девочка, — заявил нахально.

— С докторшей своей дружи, — оттолкнула его Юлька и, как только грозный полковник соизволил выйти из комнаты, в изнеможении опустилась на толстый ворсистый ковер. Посмотрела сухими глазами на расписные узоры, вытканные афганскими мастерицами. И с ужасом поняла, что устала. Сил даже расплакаться не осталось.

Даже теперь, по прошествии трех дней, прошедших с момента неожиданной встречи в поезде, Юля никак не могла понять, что движет Блинниковым. Он охотно играл с сыном. Пару раз присутствовал при купании и подавал полотенце. Один раз прочитал сказку Димульке и почти каждый раз завтракал, обедал и ужинал вместе с сыном и его матерью.

Они больше не вели никаких разговоров. Юля много времени проводила с Таисией Викторовной, оказавшейся матерью хозяина дома, а вовсе не домработницей. Она прониклась мудростью простой бесхитростной женщины. Помогала ей по хозяйству, слушала рассказы о каких — то неизвестных людях и просто жила, стараясь не думать, что уже совсем скоро придется возвращаться в мир Янычей. Слушать волю дорогого Валерочки и предпринимать решительные шаги.

«Уехать? — думала Юлька, расположившись с книгой в кресле. Погладила легкий флис пледа, снова пытаясь понять, как поступить. — Может быть, и следовало бы принять дурацкое предложение Блинникова. Выйти за него замуж. Продать коттедж в Праге и купить похожий где — нибудь в Барвихе. Все так же дружить с Санечкой Кирсановой и точно знать, что никакая сволочь к тебе на хромой козе не подъедет. Затащить Крепса в постель и использовать по ночам на полную катушку».