Единственная для оборотня и теща в нагрузку

– Да, я любила своего мужа, – призналась я и внутренне сжалась, понимая, к чему он ведет.

– И куда же делась ваша так называемая любовь? – не скрывая ехидства, спросил он. – Вы, люди, слишком ветрены. Оборотень никогда не оставит свою пару и ребенка, чего не скажешь о вашем муже, – хлестко произнес он.

Получив сокрушительный удар, я отвернулась, стараясь сдержать слезы. Слишком болезненным был для меня развод, и его слова задели меня за живое. Мне оказалось тяжело пережить предательство любимого человека, а еще больнее было за дочь. Я же видела, как она тянется к отцу и как мало ей тот уделяет внимания.

– Мы ценим свою семью! – высокомерно добавил Владыка, наслаждаясь собой и желая меня добить.

– Я вижу, как вы ее цените, – тихо произнесла я. – Узнаете личные подробности лишь для того, чтобы больнее ударить. Вы обещали мне вашу защиту, а ваши же любовницы смеют меня оскорблять, и вы им это спускаете с рук. Защита?! Да подавитесь вы ею! – бросила я и стремительно вышла из кабинета.

* * *– Молодец, Кристиан! – поднялся с кресла Андриан. – Ты был на высоте. И знаешь, что я тебе скажу? Она совершенно права. За каким дьяволом ты приблизил к себе Арису? Всегда говорил, что она глупая стерва, а сегодня спокойно смотрел, как она старается укусить Ольгу.

Обогнув его, он вышел из кабинета.

Кристиан молча проводил его взглядом. Секунду поколебавшись, он прошел и сел за стол, а потом в раздражении все смел с него. Бумаги рассыпались веером по полу.

Как же так? Еще минуту назад он чувствовал себя победителем. Наконец-то поставил на место эту зарвавшуюся выскочку! А после ее слов ощутил себя полным ничтожеством. Даже зверь внутри метался, не одобряя его поведения и стараясь вырваться на волю. После потери нюха волк был беспокойным, и Кристиану требовался весь его самоконтроль, чтобы держать того в узде.

Мать невесты постоянно выводила его из себя и раздражала, что не добавляло покоя. Ее вызывающее поведение без капли покорности будило его инстинкты вожака, вызывая желание показать зарвавшейся самке, кому она обязана подчиняться.

Да, он обещал ей защиту, но в ответ ожидал от нее подчинения. Все ее поведение: слова, жесты, гордо приподнятый подбородок – бросало ему вызов. Он не мог спокойно наблюдать за ней, испытывая желание приструнить. Решил поучить манерам и вызвал леди Паттерсон, чтобы та показала ей, как должна вести себя женщина, но той непостижимым образом удалось перетянуть ее на свою сторону.