1
0
В глазах девицы появляется заметное разочарование, но, тем не менее, она послушно направляется к дивану, где вальяжно развалился блондин.
Щегол находит в себе силы приподняться и сфокусировать взгляд на желанном объекте. Танцовщица не теряется, удобно устраиваясь у него на коленях, и призывно улыбнувшись, запускает пальцы в светлые пряди парнишки.
Покидаю сладкую парочку «Твикс», с чистой совестью оставляя их наедине.
Это выбор Соколова, ему за него и отвечать.
Мой путь лежит к кабинету Андрея, куда и заваливаюсь без стука.
С колен Колесникова подрывается одетая лишь в тонкое черное боди и сапоги выше колен блондинка. Владелец клуба громко чертыхается, запуская трясущуюся пятерню во всклокоченную шевелюру.
- Макс, ну, ты хоть бы постучался! Сердце в пятки ушло, – уже более спокойно произносит Андрей. — Думал, жена пришла.
Девчонка, словно послушная кукла, ждет распоряжения, хлопая густыми накладными ресницами.
- Иди, Дашенька, – бубнит Андрей, отправляя свою очередную игрушку.
Он шлепает блондинку пониже спины и поднимается с кресла, резким движением застегивая ширинку на широких брюках. Колесников расплывается в улыбке. Его круглое потное лицо лоснится, словно намазанный маслом блин. Небольшие темные глаза горят, как угли.
- Какими судьбами? Сто лет не видел тебя, Макс.
- Я пришел по делу, - усмехаюсь, пряча руки в карманы джинс.
Черные глаза Колесникова загораются интересом.
- Мне нужны снимки с камеры, дальняя VIP зона интересует. Можешь организовать?
Глава 21
Ангелина
- Как? Опять?! Мы же в том месяце откладывали!
- Ангелина, поймите, пока анализы не буду в норме, я не имею права проводить операцию, – главврач смотрит на меня через толстые оптические стекла очков.
- Не понимаю. Вы же сами говорите, что все серьезно и медлить нельзя, – глаза начинает щипать от слез, и я морщу нос, чтобы не разреветься прямо в коридоре больницы.
- Прогресс на лицо. Многое показатели почти пришли в норму. Количество тех же самых лейкоцитов уменьшилось в разы, ЭХО-кардиограмма уже не так страшна, анализ почек удовлетворительный.
— Значит, маме лучше? – уточняю, прислушиваясь к словам доктора, а не к разливающейся по венам панике.
Мужчина согласно кивает, поправляя воротничок белого халата.
- Динамика явно идет на улучшение. Так что, операция не за горами, - врач делает пометку в журнале обхода и добавляет чуть мягче: - Я бы настоятельно рекомендовал со всей серьезностью отнестись к эмоциональному фону вашей мамы, – он тяжело вздыхает.
Серые глаза мужчины выглядят уставшими, а покрасневшие склеры выдают недосып."
"– Она у вас меланхолик. А таких пациентов сложнее всего лечить. Особенно, когда дело касается такого органа, как сердце. Что-то на ваш взгляд незначительное может произвести эффект разорвавшейся бомбы.
