10
0
— Я тебе говорил, но ты пришла поздно и очень уставшая, наверное, не запомнила.
— А что за повод — на все выходные? — смягчила я тон, понимая, что вполне могла и пропустить эту информацию.
— Ты что, не помнишь? — несколько удивился сын. — У Темки день рождения, и мы целой толпой к ним едем, нас даже учителя отпустили с последних уроков. — И он забавно скривился, делая недовольную рожицу: — Правда, под стопудовую обязуху, что мы самостоятельно пройдем материал, а потом напишем контрольную.
— Господи, а Алексей с Наташей знают о вашем «нашествии»? — посочувствовала я родителям Темы.
— Ну, конечно, мам! — пребывал в полной радости житейской сын в преддверии грядущего праздника. — Они же все это и предложили, сказали: лучше уж вы у нас на глазах тут разгуляетесь, чем где-то в городе в подворотне или в клубе каком. Они, кстати, нас с Лешкой заберут из школы на машине, и мы прямо оттуда поедем. Ма, мне только надо вещи собрать, поможешь?
— Помогу, конечно, — я взлохматила его темные густые волосы и вздохнула, — только мне совсем не хочется, чтобы ты уезжал. И так почти не видимся, не общаемся, и в прошлые выходные уезжал, а мать по тебе скучает. Надеялась, что завтра проведем весь день вместе, в кино сходим, погуляем.
— В следующие выходные, мам, вот зуб даю! — пообещал сын.
Я совсем загрустила, когда, собрав Максу вещи, отвезла его в школу и поехала потом на работу. Мне так не хотелось, чтобы он именно сегодня уезжал! Вот ужасно не хотелось! Я-то планировала уйти пораньше с работы, приготовить что-нибудь вкусненькое, его любимое, взять какой-нибудь фильм в прокате и вместе провести время: посмотреть кино, поболтать, посмеяться — мы ценили и любили часы, проведенные в обществе друг друга.
Я даже подумала, не уговорить ли его остаться, и уже собралась было приступить к переговорам и аргументы придумала. Но вздохнула про себя: зачем портить ребенку ожидаемый праздник. Пусть веселится.
Мне просто нужен был достойный отвлекающий повод, чтобы не задумываться о Берестове и обо всех непростых вопросах, которые он своим возникновением в моей жизни свалил на мою забубённую головушку, лишив напрочь нормального сна и душевного равновесия. Сергей Константинович не звонил и никаким иным образом не проявлялся.
Он принял решение и огласил, и менять его не будет.
Протекали своей чередой дни, и я все отчетливей понимала, что с каждым прошедшим днем этот абонент становится для меня все более недоступным. Он не станет ждать неделями и месяцами, когда я там справлюсь со своими женскими комплексами и мышами в голове и пойму, от чего отказываюсь. Он вычеркнет меня из своей жизни и постарается не вспоминать, и пойдет дальше.
И правильно сделает.
А вот я все чаще думала, что надо сказать им обоим — отцу и сыну.
