19
0В животе опять они – то ли рыбки, то ли бабочки. Можно было бы грешить на грибочки, но я их еще не ела. Зачем только просила Марка разыгрывать парочку, он слишком старается.
Начальник совсем легкими касаниями-поцелуями ведет дорожку от висков, по щеке к шее, все сильнее и крепче вжимает меня в столешницу, чуть наклоняя. Одна рука продолжает держать за талию, другая ласково гладит по бедру, благо, я в джинсах, а не в той униформе, что выдал мне Богдан. Я словно онемела, не могу выдавить из себя ни слова. Я как послушный пластилин в руках Марка.
– Рита, ты потрясающая, – шепнул мне на ухо Марк, когда перестал целовать шею, и легонько прикусил мочку зубами.
По телу уже не ток идет, а словно ударом молнии приложило. Но вот что удивительно – почему молчит Богдан? С его темпераментом он уже должен был прокомментировать происходящее на его глазах непотребство. Поворачиваю голову к столу, а Суворова-старшего там нет. Богдана вообще нет на кухне!
– Марк, – тихо и сипло произношу я. Слова даются с большим трудом. – А зачем ты меня обнимаешь? Богдана ведь тут нет.
– Да? Я и не заметил. Тогда можно продолжить позже, когда он вернется, – с насмешливыми нотками отвечает начальник и отступает.
Сразу стало холодно и неуютно. Не понимаю, это Марк так шутит? Что он собрался продолжать при Богдане? И так уже было слишком много всего.
– Знаешь, я не думала, что ты можешь вот так… – начала было говорить я и замолчала, одумавшись. Чуть не сказанула глупость.
– Что именно? – Марк улыбнулся.
– Ничего.
– Рита, договаривай уже.
– Проявлять признаки интереса, – все же сказала я.
– А что в этом такого? – удивился шеф.
– Ну… Я знаю тебя, конечно, недолго, и мне показалось, что инициативу в плане отношений проявляешь не ты, а заинтересовавшиеся тобой девушки, – сильно краснея от стыда, еле выговариваю я. – Возможно, поэтому твой брат и не воспринимает то, что видит, всерьез, понимает, что это все игра и фальшь, потому что знает тебя.
– То есть ты считаешь, что я плохо изображаю твоего молодого человека? – уточняет Марк, вдруг вновь ко мне подступая. Я оказываюсь вновь прижата к столешнице, только теперь могу смотреть шефу в глаза. Снизу вверх. Испуганно. Чувствую себя пойманной птичкой.
– Не то чтобы, – сразу иду на попятную я.
– Возможно, нам стоит потренироваться, чтобы со стороны все выглядело более убедительно и гармонично.
– Ну…
Марк, гипнотизируя взглядом, осторожно касается моего лица, подушечкой большого пальца очерчивает скулу и, придерживая за затылок, начинает медленно наклоняться. Я в полной панике и растерянности, до боли вцепилась в края столешницы. Что за чертовщина опять происходит? Я не верю, что шеф собирается меня поцеловать. В любом случае, сделать и сказать что-либо не в силах.
