Реквием

По арифметике выходило, что Зотов в этом случае получил бы если не больше, то столько же, но Вячеслав Олегович не соглашался. Он сам, своими руками сделал Игоря, и он не собирался никому отдавать результаты своего труда. Продюсеры – воронье, слетающееся на готовенькое, на то, что гарантированно принесет прибыль. Никто не хочет рисковать и делать ставку на неизвестных начинающих. А Зотов рискнул. Он взял в дом маленького бродяжку, каждую минуту ожидая, что тот просто-напросто сбежит, прихватив с собой деньги и ценности, которых в семье было немало. Он изначально поставил под угрозу свой брак, и первая жена в конце концов ушла от него, забрав детей, потому что не вынесла присутствия в квартире этого маленького чудовища, которому муж посвящал все свое время и отдавал все силы. Спустя некоторое время Зотов женился во второй раз, но и вторая жена не смогла смириться с тем, что ее муж занимается только Игорем, а не семейной жизнью. Вячеслав Олегович поставил под угрозу даже свою репутацию, ибо все поголовно считали его связь с Игорем сексуально окрашенной. Никакого секса там и в помине не было, оба они были традиционно ориентированными мужчинами, но о Зотове долгое время упорно говорили. И сейчас еще говорят. Вон Левченко, например, старая сволочь, каждый раз намекает.

Никакой продюсерской фирме он Игоря не отдаст. А Стелле – отдаст. Во-первых, потому, что Стелла уже однажды такой фокус проделывала, и весьма успешно, то есть доказала заинтересованной общественности, что она умеет выполнять условия контракта. Она раскрутила молодого, никому не известного певца, вывела его на большую орбиту и отпустила. И не ее вина, что долго он на той орбите не продержался, сам виноват, да и талантика не хватило. Отдать Игоря Стелле означает отдать в надежные руки, надо только отстоять свое право остаться его художественным руководителем, потому что со вкусом у Стеллы дело обстоит плоховато, а у Игоря-то его и вовсе никогда не было. Это во-первых. А во-вторых… Он бы никогда не согласился на этот договор. Если бы не обстоятельства.

Минут через двадцать Зотов решил, что Игорь уже все обдумал и можно возвращаться к прерванной беседе. Он без стука вошел в спальню. Певец лежал на широкой кровати поверх небрежно брошенного покрывала, заложив руки за голову, и смотрел в потолок.

– Ну как, одумался? – миролюбиво спросил Зотов, присаживаясь на край кровати.

Игорь молчал, не шелохнувшись. Можно было даже подумать, что он не заметил присутствия Вячеслава Олеговича.

– Игорек, поверь мне, так будет лучше. Так надо для тебя же. Я прошу тебя, возьми себя в руки, оденься, и давай начнем заниматься. А вечером встретимся с представителями Стеллы и договоримся о первых шагах.