Реквием

Выехала группа, Вильданова привезли на Петровку, но ничего толкового он не рассказал, твердил только: «Больше он не будет меня унижать. Больше он не будет меня оскорблять».

– Но в убийстве признался?

– Признался. Хотя что-то слабо верится.

– Почему? – удивилась Настя. – Тебе кажется, что Вильданов не способен на убийство?

– Вильданов-то? Способен, еще как способен. Только повод где? Где, я тебя спрашиваю, повод? Зачем ему убивать своего администратора, который ему все равно что отец родной? Нет, Ася, тут какие-то деньги крутятся, в шоу-бизнесе всегда большие деньги, причем левые, вот из-за денег этих Зотова и убили. И я совсем не исключаю, что это сделал не Вильданов. Или Вильданов, но не один. Там был еще кто-то. Вот попомни мои слова.

Только тут Настя обнаружила, что Коротков ведет машину в каком-то странном направлении. Во всяком случае, направление это ни при каких условиях не могло привести к ее дому.

– Извозчик, а мы куда едем? – спросила она. – Огласи направление.

– Мы едем домой к Зотову, где сейчас будет проходить обыск.

– На какой предмет? Что вы там хотите найти?

– Доказательства финансовых махинаций в сфере шоу-бизнеса, которые могли послужить основой конфликта. Дальше по обычной схеме: кому выгодно – тот и убил.

– Ладно, а я там зачем? Для чего ты меня туда везешь? Да и следователь меня выгонит оттуда в два счета, я же не оперсостав.

– Следователь не выгонит, сегодня Борька Гмыря дежурит, он тебя любит. Помнишь, как мы с тобой и с ним втроем квартиру Алины Вазнис обыскивали без понятых? Другой бы следователь заартачился, а Борька нормально воспринял. С ним хорошо работать, он сам из оперов, нервы зазря не мотает."

"– И Уголовно-процессуальный кодекс не чтит, как и положено хорошему оперу, – заметила Настя. – Но я все равно не поняла, зачем ты меня туда тащишь.

– Ну Ася, не вредничай. Колобок предупредил, что если по горячим следам не раскроют, то с завтрашнего утра убийство Зотова висит на мне. А ты – мой верный и давний друг, так неужели не поможешь? Поприсутствуешь при обыске, пороешься в бумажках, вдруг чего и углядишь, чего я не замечу. Между прочим, где ты сегодня работу прогуливала? Полдня не мог тебе на службу дозвониться.

– Я с дедом Немчиновым общалась.

– Да ну? И как он тебе? Мои впечатления были правильными?

– Абсолютно. И мои предположения тоже. Он тогда еще, давным-давно, нашел у сына кассеты и просмотрел их. На них и Игорек был. Поэтому, когда вдруг обнаружилось, что любимая внучка якшается с этим, по его мнению, развратным и безнравственным типом, дед чуть с ума не сошел от ужаса. Запретить внучке он ничего не может, она его за человека не считает. Рассказать ей правду не может тем более. Короче – караул! Ты знаешь, он мне рассказал одну любопытную вещь.