— Что ты знаешь? Что, скажи!
— Не место, не время и не всем интересно!
— А почему ты выбираешь время и место? Почему тыдиктуешь? Высоко себя ставишь. Вот и допрыгался.
— Заткнись! — сказал Макс.
— Удар ниже пояса, — пробормотал Вадим.
— Это касается только меня, — спокойно ответил Саша, — а никак не тебя и твоих родственников. Мое мнение о тебе? Ты мелкий эгоист и себялюбец. На этом моя сторона заканчивает дискуссию.
— А ты голый король, — ответил Юра, — генерал без армии. На этом моя сторона тоже заканчивает дискуссию. — Он встал. — Идем, Лена!
— Лена! — окликнул ее Саша.
— Что? — Лена обернулась, дружелюбной улыбкой пытаясь сгладить конфликт.
— Большего дерьма ты себе не нашла?
Лена залилась краской и выбежала из комнаты. Юра задержался в дверях, посмотрел на Сашу и вышел за ней.
— Зря ты его так, — беззлобно заметил Макс.
— Не люблю прохвостов, — ответил Саша мрачно.
Но стало еще грустней. Не сумел сдержать себя и испортил новогодний вечер.
9
Лучше бы мама плакала. Она застыла, онемела, не спрашивала о подробностях. С Сашей катастрофа — вот главное.
Ее остановившийся взгляд разрывал Саше сердце.
Павел Николаевич сообщил, что приедет, как только освободится, месяца через полтора. Софья Александровна знала мужа — он рассчитывал, что за эти полтора месяца все уладится без него. Спрашивал: «Неужели Марк не может ничего сделать?» Вечный упрек, адресованный ее родственникам! Она написала Марку.
Софья Александровна стала надолго уходить из дома. Саша смотрел, как она идет по двору, маленькая, полная, седая, одинокая. Он сам разогревал обед, иногда не разогревал — обеда не было. Куда она исчезает? Он звонил ее сестрам — она там не появлялась. Ходит по учреждениям, хлопочет за него, ищет влиятельных знакомых? Но нет у нее таких знакомых, всех ее знакомых он знал наперечет.
— Где ты была, где ты пропадаешь?
Она отмалчивалась или отговаривалась — нигде не была, ходила по Арбату, сидела во дворе.
Саша тоже бродил по Арбату, по знакомым с детства переулкам, вдоль старых барских особняков: колонны, лепной орнамент, ярко-зеленые крыши, белые оштукатуренные фасады. В Кривоарбатском на месте школьной площадки теперь выстроил дом архитектор Мельников, странное круглое здание. В школе окна подвалов, занавешенные ситцевыми занавесками, светились по-прежнему — как и раньше, здесь жили технические работники.









