6
0Виноваты те, кто своевременно не отвез его в МТС. Я отвезти не мог, отлучаться из деревни не имею права.
Алферов его внимательно слушал, только несколько раз менял позу, устраиваясь на стуле попрочнее, и как-то особенно посматривал на Сашу. Хватил, наверно, за обедом стопку, расположен поговорить, времени у него достаточно.
— Хорошо, — сказал Алферов, — значит, при первой же разборке вы увидели, что резьба сносилась. Правильно я вас понял?
— Правильно. И я сразу сказал…
— Это потом. Вы утверждаете, что любой механик, слесарь подтвердят, что с такой резьбой аппарат негоден.
— Конечно, подтвердят.
— Так вот, Панкратов. Механик подтвердит, что сейчас, повторяю, сейчас резьба сорвана. Но ни один механик не подтвердит, что она была сорвана месяц назад, когда вы впервые разбирали аппарат. И если спросить у него: а мог гражданин Панкратов, накручивая гайку, перекосить ее и сорвать резьбу? Что ответит механик? Да, скажет, могло быть и так, неправильно наживил гайку, вертанул ключом и сорвал резьбу. Логично я рассуждаю?
— Нет, не логично, — ответил Саша.
— Да? — удивился Алферов. — А я-то считал себя сильным в логике.
— Когда я первый раз разобрал сепаратор, я тут же сказал, что надо его везти в МТС и нарезать новую резьбу.
— Кому вы сказали?
— Всем, кто там был."
"— А кто там был?
— Женщины, колхозницы, человек двадцать.
Алферов весело смотрел на него.
— Панкратов, вы же умный, образованный человек! Вы им сказали, а они, по-вашему, что должны были делать?
— Доложить председателю колхоза.
— Панкратов! Это же неграмотные бабы, они таких слов слыхом не слыхали: резьба, гайка, валик. Они их не выговорят. Они ничего не посмеют сказать председателю, он им ответит: не лезьте не в свое дело.
— Не совсем.
— Да? Почему?
— Я на службе в колхозе не состою, за починку сепаратора денег не брал, просто хотел помочь людям. Вопрос в одном: сломал я аппарат или нет? И если я при первой же разборке публично, при всех заявил, что он неисправен, значит, я его не ломал.
Алферов с улыбкой смотрел на него, потом неожиданно тихо, даже грустно спросил:
— И подтвердят?
— Почему же им не подтвердить? — ответил Саша не слишком уверенно, вдруг начиная понимать шаткость своей позиции.
— Ах, Панкратов, Панкратов, — так же тихо и грустно сказал Алферов, — какой же вы наивный человек. Вы где жили в Москве?
— На Арбате.
— Значит, мы с вами соседи, — задумчиво продолжал Алферов, где его московская квартира, не сказал.
