Давайте разведемся, Ваша Светлость! (СИ)

– Ответьте мне, матушка, что вам известно? Ваше вложение в семью Лемар должно было быть подкреплено хоть чем-то. Вы не тот человек, кто стал бы рисковать. Складывается впечатление, что начиная с момента свадьбы, вы не сомневались в предстоящем разводе. Потому дистанцировали Арию от домашних обязанностей, саботировали ее репутацию в высшем свете, ограничивали финансирование и издевались над ней, чтобы полностью подчинить своей воле и она не могла и слова против сказать. Не для того ли, чтобы к концу брачного контракта у Арии не было вообще никакой возможности противостоять разводу? – медленно поднялся Сиэль с места, а его до того тусклые глаза внезапно загорелись яростным огнем.

– Я… я не понимаю…

– Бесплодие Арии? Это ваших рук дело? – подошел мужчина к матери и навис над ней. Но она смогла найти в себе силы твердо произнести:

– Не понимаю, о чем ты.

– Я ведь вижу, что вы обманываете меня, – прорычал он, но великая герцогиня болезненной силой воли напомнила себе о своем величии и том, что, насколько бы зол ни был ее сын, он не осмелится причинить вред собственной матери. – Что вы сделали с Арией?

– Хоть пытай, у меня нет для тебя ответа, сын, – гордо задрала она подбородок и упрямо посмотрела на герцога, который также достаточно знал мать, чтобы понять, что она не отступится.

Сдерживая гнев и боясь натворить дел, мужчина решил разбираться с проблемами постепенно."

"«Если бесплодие Арии действительно дело рук матери, то ситуацию можно изменить, достаточно устранить великую герцогиню. Скорее всего противозачаточное поступало с едой. Если тщательно следить за тем, что ест Арии, проблема с бесплодием решится. Другой вопрос, подпустит ли Ария меня к себе? Она и без того обижена на меня, и любая попытка склонить ее к супружескому долгу будет равносильна изнасилованию, чего я не желаю.

Но… но если Арии станет известно, что помимо обычных издевательств, моя мать пичкала ее лекарствами, то у меня не останется и шанса. Даже в моей голове это не укладывается, а что до Арии…Она не должна узнать. Ни за что!»

Стоило подумать о супруге, как герцог почувствовал болезненный укол в груди смешанный из тоски, сожаления и вины. И все же, лишь сейчас, когда возникла реальная возможность того, что он потеряет супругу, мужчина запоздало понял, что эта мысль причиняет боль.

Ему нравилось смотреть на ее лицо, ему нравился ее запах, очень редкие улыбки, умные и проницательные глаза, ему нравилось тепло ее тела. Но прежде все это было словно приглушено болью и несчастьем, которые она испытывала. Однако в последнюю неделю, Ария словно проснулась от кошмара. Она стала жестче, решительнее… и пусть она была зла на герцога, ему нравилось, что в ее взгляде появился этот огонь.