Бунт отверженных

Я много думал после нашего разговора и решил позвонить. Как ты смотришь на то, чтобы влиться в нашу бригаду. Для начала мы дадим тебе несколько киосков, чтобы жить, а дальше подумаем.

– Спасибо, Ринат, за предложение. Я из тех, кто считает, что рисковать по мелочам не стоит. Если иметь, то иметь все. Ведь в случае залета придется отвечать одинаково, что за мелочь, что за большое дело. Поэтому я решил больше не мелочиться.

– Дело твое, Евгений. Извини, ничего другого я предложить не могу.

– И на этом спасибо. Я решил, по твоему совету, уехать из города. Меня, наверняка, менты возьмут в оборот, а мне их внимание не нужно.

Поеду туда, где крутятся деньги.

– Удачи тебе.

Евгений быстро собрал пожитки и направился к Степанову.

– Я сегодня уезжаю в Москву. Ты мне дай на всякий случай адрес Валерки Антонова. Он мне писал, что обосновался в Подмосковье, но я адрес потерял.

– Ты знаешь, что его короновали? Сейчас он «вор в законе».

– Да, слышал. Он, всегда мечтал о короне.

– Может, и ты хочешь корону?

– Нет, корона вора не для меня. Я, наверное, больше бизнесмен, как сейчас говорят, а не вор.

Степанов достал из холодильника бутылку водки и поставил ее на стол.

– Слушай, а как же наш кодекс – ни пить, ни курить, ни сдавать своих ребят? – тихо произнес Дерябин.

– Ты это еще помнишь? А я забыл и не хочу вспоминать. Ты знаешь, я в это верил, пока меня не арестовали. Уже в камере я понял, что это лишь красивые слова. Когда ты видишь, как твои бывшие товарищи сливают тебя по полной программе, то понимаешь: все клятвы – одна бутафория, и больше ничего.

Евгений сел за стол и посмотрел на Степанова. Этот человек, приговоренный к высшей мере наказания, а затем помилованный, наверное, мог так говорить.

Ведь не мог он сам признаться в убийстве, которое они совершили с Антоновым и Садыковым. Ведь тогда никого другого не обвинили в этом, кроме него. Садыков Марат не мог сдать его, тот вообще не общался со следствием. Единственным человеком, кто мог сдать его, был Антонов Валерка. Однако, тот стал вором в законе, и Степанов ничего не мог предъявить ему. Дерябин промолчал, так как не знал, что ответить. Хозяин разлил водку. Они, молча, подняли стаканы и не чокаясь выпили.

– Удачи тебе, Женька.

Ты один, кто не ссучился в этой жизни.

Они обнялись. Дерябин ощутил всем телом, как затряслось в рыданиях тело его друга.

– Не хорони меня раньше времени. Мы с тобой не раз еще выпьем и вспомним молодые годы.

***

Дерябин быстро обосновался в Москве, чему способствовали его криминальные связи, приобретенные в местах лишения свободы. Он был человеком неглупым, обладал массой криминальных и организаторских талантов и, конечно, эти качества были моментально востребованы преступной средой столицы.